- Я сам себе хозяин, - отчеканил Клайв.
- Докажи, - улыбнулся Сергей, бросая на стол алмаз весом пятнадцать карат. - Держу пари, что тебе слабо приколоться над именинницей так же, как над баронессой Визи в день её свадьбы.
Он сказал это на гло, и только Клайв оглянулся на королеву, которая, ничего не подозревая, напивалась с муженьком под хвалебные тосты. Только Сергей знал, в чём состоит шутка и что им за это будет, поэтому он не очень-то верил, что Юв рискнёт принять вызов. В этом случае урлау могли сразу откланиваться и набирать прямой номер Патруля. Голоно сказал:
- Да как два пальца...
Ироническая улыбка тронула губы помощника посла, и он послал королеве телепатему, внушая, что ей пора в туалет. Сонита тут же сделала знак слугам и стала подниматься с трона. Слуги удерживали её на подгибающихся ногах и следили за платьем, которое доставляло гораздо больше хлопот, чем захмелевшая повелительница. Расшитое золотом и серебром, усыпанное драгоценностями, цепочками и брошками, оно оставляло открытыми руки и плечи, а держалось на шнурке, делавшем несколько оборотов вокруг шеи и плеч. Оригинальный фасон выгодно подчёркивал выпуклые формы Сониты, да только следить надо непрестанно за тем, чтобы не задушил шнурок королеву, чтобы не порвался и не свалилось платье с пухленькой фигурки.
На этот шнурок и смотрели Сергей с Клайвом. Примерно такая же бретелька была у баронессы Визи. Юв допил вино из хрустального с золотым травлением бокала (подарок короля) и сжал пальцы. Стекло хрустнуло и распалось на несколько крупных осколков.
- Неужто рискнёшь? - подзадорил юноша. - Свою-то покровительницу и благодетельницу, защитницу, кормилицу... Кретин!
Последнее относилось к небрежному жесту, которым голоно метнул осколки. Они пролетели мимо королевы, не коснувшись её тела, но шнурок... Шнурок лопнул сразу в нескольких местах, тяжелое платье упало на пол и, ах! Её Величество предстала перед подданными в первозданном виде (корона не в счёт). Но это было ещё не всё. Платье стреножило её, Сонита споткнулась и полетела вниз по пирамиде, сбивая слуг и министров. Живая лавина выкатилась на ровное место, образовалась порядочная свалка, в центре которой хрипела прижатая к полу именинница. Зал помертвел. Дворяне не могли поверить в случившееся, слуги думали об ожидавшей их плахе. В наступившей тишине особенно отчётливо прозвучали издевательский смех Сергея и его слова:
- Алмаз твой, Клайв Юв, и да поможет нам пространство.
Первыми очнулись гвардейцы королевской охраны. Разбросав свалку, одни подняли королеву и унесли её в покои, другие схватили оскорбителей достоинства Её Величества. Сергей не сопротивлялся, а Юв затеял драку, прибавив к своей вине ещё одну. Король сбежал с трона и поспешно, обгоняя телохранителей и фаворитов, проследовал в покои. Это послужило сигналом всем остальным. Оцепенение сменилось нервозной деятельностью. Праздник был сорван, все приглашённые повскакивали с мест и ринулись к выходу. Образовалась давка, многие не удержались на ногах. Завизжали дамы, которых сбили на пол и дружно топтали. Телохранители бросились на выручку, вспыхнули потасовки. В короткой схватке титулованных пьяниц оттеснили во двор. Банкетный зал стал похож на поле боя, где вперемешку с опрокинутой мебелью лежали тела гостей, которым не повезло. Сходство усиливали слуги, которые бродили среди павших, разыскивая своих господ. Одного за другим дворян выносили на свежий воздух, а нередко прямо на месте оказывали первую помощь.
Обошлись с ним на удивление мягко, что, впрочем, объяснялось элементарной спешкой. Сергея просто протащили по лестницам, втолкнули в камеру и заперли. Он постоял, вживаясь в пространство. Тесный каменный мешок, в одном углу солома, в другом ведро. Могло быть и хуже. По отработанной уже методике он очистил желудок и свалился на солому.
По законам Агларии дела подобного масштаба рассматривались Верховным Судом сразу же, как только протрезвеет Верховный Судья, чьи обязанности выполнял лично король. До утра время есть, дальше посмотрим. Не будем, однако, расслабляться.
Камера не была освещена, и за границами луча света, падавшего из дверного глазка, стояла темнота. Темнота... Из неё приходят жизнь и сознание, и в неё же они возвращаются, иногда вместе, иногда порознь. О, Тьма, хранительница хаоса, что источник всякого начала, Тьма, покровительница тёмной стороны мысли, не обдели силой твоей.
- Подчинение, - прошептал Сергей, и его разум растворился в окружающем мире. Он увидел ауры заключённых и стражников, потянулся к ним, и тут на пути вспыхнула стена огня.