У Сергея сразу возникло множество вопросов, однако, Торт вряд ли стал на них сейчас отвечать. Они сели на пустом лётном поле очень скромных размеров.
- Сюда заходят корабли крупнее челноков? - фыркнул юноша.
- Претензии бывшим хозяевам, мы построили только причал и гараж.
Несмотря на размеры, поле впечатляло - идеально ровное, совершенно не тронутое временем, на нём даже как-то нелепо смотрелся современный металлопластиковый барак. Торт выкатил две версии земного велосипеда и толкнул один к Сергею.
- Дань памяти хозяевам. Не стоит тревожить их покой современной техникой.
- Тогда надо было прыгать с парашютом в верхних слоях атмосферы.
- Всё язвишь? Правила, между прочим, для всех одни.
- Правила меняются в зависимости от условий.
- Потому ты так легко и поступился нормами морали на Лихарте? - прямо спросил Торт. Сергей лишь невозмутимо кивнул.
- Мне было легче сыграть по правилам голоно, чем по вашим. Не могу же я в чужой монастырь лезть со своим уставом. В каждом обществе свой взгляд на жизнь, надо действовать, исходя из местных особенностей, иначе тебя просто не поймут. Порой, чтобы сохранить себя, надо отречься от прожитой жизни, посмотреть на мир чужими глазами, усвоить чужой образ мыслей, чтобы понять слабые места противника, а потом вернуться к своим идеалам и сказать, ну и сволочи же вы! И, пользуясь полученными сведениями, уничтожить противника.
- Как тебя такого ещё не убили? - только и смог ответить Торт.
- Поленились руки замарать, - объяснил Сергей, седлая двухколёсного жеребца. - Земляне ленивая раса, особенно русские.
Они поехали по полю к прогалине в лесу, и землянин подметил необычную деталь. Матово-серое покрытие было очень чистым, нигде не пробивалась непокорная трава, ветер не намёл землю, колёса не оставляли следов - здесь даже пыли не было. Если урлау появляются на планете только для того, чтобы их ученики завершили обучение, то откуда такая чистота?
- Как часто вы обрабатываете поле?
- И пальцем не касаемся, - ответил Торт на ходу. - Здесь ничего не растёт, пыль не оседает, животные обходят стороной.
- Ась?
- Мы сами не понимаем. Воздух чистый, лишних излучений нет, фон в норме.
- И в городе так же? - понял Стрельцов причину, по которой здания не ушли под землю за три миллиона лет.
- Да.
- И вы таскаете сюда молодёжь?
- Ни одного прецедента не было.
- Вам нужен прецедент?
Взгляд воина остался совершенно спокойным.
- Никаких противопоказаний не обнаружено.
Сергей не стал рассказывать, что если фактор не обнаружен, это не значит, что он не действует. Когда на Земле стали использовать светящиеся краски, о радиации ничего не знали, но это не помешало развитию раковых опухолей у маляров и художников. Чтобы начать шевелиться, факты не нужны, достаточно косвенных улик. Пахнет горелым - где-то пожар, слышится треск - опоры подгнили, на покинутой планете необъяснимый феномен - от хозяев остался какой-то механизм. Юноша не стал возвращать Торту преподанные им правила работы мастера-диверсанта, в которых говорилось, что вероятностный риск следует учитывать так же, как реальный, ибо незнание условия, при котором эта вероятность будет реализована, подвергает любое дело этому самому риску. Не стал. Не его учеников подвергают опасности, не ему и расхлёбывать.
А пока Стрельцов вёл велосипед по такой же мёртвой дороге в джунглях, которые даже листья боялись уронить на матово-серое покрытие. Вопреки его опасениям, она не была прямой, а петляла, как хороший российский тракт. У хозяев явно не было преклонения перед наукой, они не забывали природных форм. Торт ехал впереди на полметра, пустячок, который чётко показывал места в иерархии. Сергей не рыпался, он знал, что ни на сантиметр не сократит разрыв. На миллиметр, может быть, но это смешно.
Город надвинулся внезапно, вынырнул из джунглей после поворота. Дорога упиралась в арку, выглядевшей нелепо, потому что стен не было. В них не было нужды, джунгли не подходили к домам, оставляя метров десять свободного пространства. Мёртвого, подумал Сергей, увидев полосу серой сухой земли, надёжно защищавшей город от проникновения природы. Затея нравилась ему всё меньше и меньше. Оставив велосипеды под последним деревом на дороге, они пересекли «защитку» и стали подниматься по лестнице. Внимание Сергея привлёк шар с заключённой в нём многолучевой звездой, который венчал арку и, видимо, являлся эмблемой города. Неожиданно он понял, что не хочет входить. Что-то было не так.