Переспроси на Данату, свяжись с Никром, узнай, почему они вытребовали для него Орден Славы. Попробуй выпытать у урлау, чему они научили своего ученика. Если глаза от пола поднимут, много интересного расскажут.
Воображаешь себя вершителем судеб?
Базара нет, он ещё многого не понимает, но ведь и Христос начинал с нуля.
Выскочка.
А слабо пять направлений в теории урлет соединить в одну концепцию и в шизофреника не превратиться? А создавать боевые гипновнушения умеешь? Знаешь, как усилием воли изменить обмен веществ своего тела, чтобы заставит его действовать так, как и фантастам не снилось?
Ты никто.
Сергей стал одеваться. Теперь не уснуть, личные нападки он всегда переносил очень плохо... то есть, вообще не переносит. Растревожил его консул, яд обиды впитался в кровь и отравил душу. Как можно спать, если хочется набить кому-нибудь морду? Он сунул бластер за пояс, рассовал личные вещи по карманам и покинул посольство. Всего благоразумия хватило на то, чтобы воспользоваться служебным выходом и выбирать при прогулке по городу глухие улочки.
Сергей гулял до вечера, возвращая хорошее настроение с помощью новых впечатлений. На инопланетян насмотрелся на всё оставшуюся жизнь. На некоторых улицах приходилось смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о карликов со свехтяжёлых планет, вверх, чтобы трёхметровый житель планеты с пониженной гравитацией не двинул ему ненароком коленом в шею. А ещё надо было не заглядываться на ослепительно красивых гуманоидов и их безобразных собратьев по разуму, и ни в коем случае не морщиться от запахов метанодышащих.
Наконцы обыкновенно не совершали праздных прогулок, и за весь день Стрельцов не увидал ни одного, словно о нём забыли и вернулись к повседневным заботам. А что удивительного? Только псих может выйти без веских причин из убежища, если завтра его вернут на родную планету, где никто не найдёт одного человека среди пяти миллиардов подобных. Анор это понял и отозвал своих сотрудников. Хотя, папаша, тебе надо было подумать о том, что только псих прыгнет на окно, не зная, какова его прочность и насколько широк риф.
Уже смеркалось, когда Сергею, наконец, надоело бродить. Произошло это у здания космопорта, и тут его в сердце укусило искушение.
Серёжа, не надо.
Он поднялся по ступеням.
Серёжа, прекрати.
Вошёл в зал и изучил расписание.
Сейчас же вернись в посольство.
Так, рейс на Альдор, два пассажирских в противоположные концы Галактики и один торговый в область с непроизносимым названием.
Это самый глупый поступок в твоей одиссее.
Советчик, заткнись, я тебя не звал.
Сергей не знал, на что решиться. Его разрывали на части консервативная рассудительность бабушки и психопатическая безрассудность мамы. В конце концов, он просто сунул руку в карман и вытащил первое, что попалось, положившись на символику случая. Это была монета Голока. Голоно. Раса, охмелевшая от свободы безграничной Вселенной, забывшая о благоразумии и элементарной осторожности.
Он подбросил монету под потолок, заключив последнюю (на сегодня) сделку с совестью.
Через полчаса в дверь посольства урлау постучался курьер.
- Бандероль для госпожи Кшимы, распишитесь.
После проверки на безопасность её передали адресату. Элоу нашла в ней бластер и записку из трёх слов «Буду завтра. Сергей».
Новые полигоны - новые игры.
- Напитки, кушанья? - спросила стюардесса (нечто средние между осьминогом и ящерицей в форме). Уроженка Вари. Её собрату он чинил машину.
- Дистиллированной воды с сахарозой и протеиновую кашу, немного хлорида натрия и семипроцентной этановой кислоты, - попросил Сергей, стараясь не есть девушку глазами, хотя его как биолога распирал интерес к деталям строения её тела. Ну, и как пацана, конечно, тоже.
Стюардессу не удивил такой аскетический заказ, скорее наоборот, прибавил уважения. Слишком многие туристы готовы забыть, что чужеродная органика, вообще-то, яд, и легко вызывает тяжёлую аллергическую реакцию. Даже на своей планете нельзя есть неизвестные блюда, безобидная клубника убивает надёжнее пистолета, если у вас на неё аллергия. Дома мы это помним, а у туристов почему-то пропадает инстинкт самосохранения, и они набрасываются на экзотические блюда, (оплачено же!). Потом долго лечатся и ещё возмущаются, какие же все гады. Землянину до смерти надоел синтетический протеин, но загреметь в чужую больницу ему не улыбалось. Могут и не откачать. Разжёвывая чуть солоноватые мягкие гранулы с лёгким привкусом уксуса, Стрельцов вспомнил о Нио. Бедняжка, она так хотела скрасить ему последние сутки (не забыв и себя при этом), а он по-свински...