- Тревога! - заверещали невидимые динамики. - Нарушение безопасности производства! Остановить процесс!
Юноша очередью с балкона разбил пульт, к которому потянулся оператор, через несколько секунд силовое поле отключилось, и плазма - газ, разогретый до нескольких миллионов градусов, - вырвалась из рабочей камеры. Голоно и машины, стоявшие поблизости, испарились сразу, те, что подальше, вспыхнули, как спички. По залу прошла огненная волна, одну за другой захлёстывая установки синтеза и чаны; то и дело что-то взрывалось, и новые порции плазмы вливались в общий поток. Цех превратился в бассейн, где вместо воды бурлило пламя. Что не горело - плавилось.
Облокотившись на перила, Сергей покосился на секундомер и только головой покачал. Плазма уничтожила уровень меньше чем за минуту и гораздо полнее, чем это сделала бы взрывчатка. Запомним на будущее. Его внимание привлекло движение у стен. По аварийным лесенкам на балкон карабкались уцелевшие работники и охранники. На многих горела одежда, кое-кто падал обратно. Машинально он коснулся бластера и сразу же поставил локоть обратно на перила. Охотясь на тигров, по бабочкам не стреляют.
Между уровнями проходила скальная порода, полы и потолки были укреплены многослойным металлическим покрытием, поэтому пятый уровень держался долго, целых полторы минуты, а потом рухнул на шестой. Что там произошло, сказать трудно, всё накрыли горящие обломки и залила плазма. Пятый уровень исчез, шестой увеличился на высоту потолков пятого. На всех нижерасположенных этажах были плазменные установки, так что процесс пойдёт по нарастающей. Сергей собрался уходить, как вдруг из толпы к нему метнулась какая-то растрёпанная тень.
- Фли! Как же это, Фли?!
Юноша с трудом узнал в перепуганном обгорелом верзиле того красавчика, который рассказывал про любовницу Кайтука. Да, прав был афганец, если ты высокий, сильный и крутой, это ничего не значит. Важно только то, что ты будешь делать, когда смерть пригнёт тебя к земле. Всех пригибает, но некоторые так и остаются в грязи, а кто-то упорно ползёт дальше. Тигра можно схватить за хвост... всадить в зад отравленную иглу и отбежать подальше, чтобы дождаться, пока он сдохнет. Это жизнь.
- Ты о чём?
- Нулевой! Понимаешь, Фли?! Нулевой! - взахлёб объяснял голоно, хватая его за рукав. - Мы клялись, что этого никогда не случится, и вот, что из этого вышло!
- Диверсия неизбежна по определению, - примирительно сказал Сергей, на что Лорис просто взвыл:
- Ты что, рехнулся?! Диверсия на предприятии, код сообщения нулевой, нас всех к стенке поставят!!
Сергей хмуро оглянулся по сторонам. Ни одна лампа не горела, даже аварийное освещение умерло, однако, света было больше, чем достаточно от плескавшегося под ногами моря огня. По стенам бегали тени и разноцветные сполохи, клубился дым. Казалось, демоны пляшут над своими котлами с кипящей смолой, а грешники тщетно пытаются спастись. Становилось душно - кончался кислород, быстро росла температура. Что такое ад? Просто бледное отражение действительности. Самое жуткое его описание устаревает каждые 20-30 лет, и кто-нибудь пишет новое, ещё более страшное. Главное свойство разума - способность совершенствовать способы убийства, когда так хочется жить. Я отстала от Жизни, сказала Смерть, запуская газонокосилку. Коса уже неактуальна и, даже если бы оставалась продуктивной, морально устарела. Разгорячённому воображению хочется чего-нибудь нового, ещё более смертоносного. А чего теряться? Других не жалко. Сколько рас живёт по такому принципу и очень удивляются, когда оказывается, что это распространяется и на них тоже, и даже в первую очередь. Поэтому Стрельцов только плечами пожал.
- Должно же это было когда-то случиться.
Он направился к выходу, зная, что Лорис остался стоять с остекленевшими от ужаса глазами, догадавшись обо всём, и вдруг, сообразив, какова будет награда за поимку диверсанта, хватается за оружие. Внизу грянул взрыв из тех, что распыляет материю на составляющие.
- Лин-лин, - только и успел подумать Сергей, и сверхскорость унесла его на аварийную лестницу, укрытую толщей скалы. Он захлопнул дверь и обжёг руку о мгновенно накалившуюся ручку. Сквозь «пси»-пространство прошла волна очень коротких, но сильных вспышек боли: это оставшиеся по ту сторону голоно горели заживо. Блин, а вы что хотели?!
Пол ходил ходуном, стены шатались, перила вибрировали, как натянутые струны. Хана комплексу. Теперь будет прогорать этаж за этажом, пока огонь не дойдёт до земли. И можно было бы сматываться, если бы архитектор не придумал спрятать за лабораториями на четвёртом уровне два небольших цеха. Наверное, специально для того, чтобы задержать диверсантов, авось их тут успеют перехватить. Эта мысль действовала на нервы, однако, благоразумия не прибавила. Сергей стрелой пронёсся по разгромленному четвёртому этажу, поднялся по запасной лестнице в соседний отсек и небрежным шагом вошёл в резервный цех. Здесь уже были в курсе событий, охрана нервно суетилась, не зная точно, что им надлежит делать, а рабочие спешно останавливали плазменные распылители. Воспользовавшись суматохой, Стрельцов незаметно заложил под машины взрывчатку и прошёл в последний цех. Здесь кто-то из начальства орал на подчинённых; не успел юноша закрыть за собой дверь, как и его обложили матом. Пришлось возиться с гипновнушениями, убеждать присутствующих, что его тут вообще нет, отводить глаза упёртым. Зато потом без помех рассовал последние взрывные устройства и покинул цех.