За это время в первом резервном произошли кое-какие изменения. Работу повсеместно прекратили, тюки с сырьём унесли обратно в подсобки, а на освободившееся место укладывали раненых, которых то и дело приносили уцелевшие сотрудники. Оказать нормальную первую помощь не было возможности, не хватало средств, несколько аптечек, рассчитанных на единичные несчастные случаи, кончились молниеносно. Раны перевязывали кусками одежды, вместо жгутов накладывали ремни и тряпичные «затяжки», но пока суд да дело, кровь лилась рекой. Она оставалась на стенах от прикосновений заляпанных рук, натекала вокруг пострадавших, разбегалась по полу на десятках подошв. Голоно выглядели подавленными, многие застывали в ступоре, безучастные к происходящему, кто-то ещё пытался командовать, некоторые отчаянно сражались за жизнь каждого раненого, но всем было ясно - катастрофа свершилась. И никто к ней не был готов, всё случилось слишком быстро и жестоко. Больше всего голоно потрясли масштабы резни, море крови, осознание массовости смертей в густонаселённом заводе. Не в каждом «ужастике» увидишь столько мяса, в искусстве есть некоторые запреты, а это их встретила жизнь... То бишь, Смерть.
- Как аукнется, так и откликнется, - шептал юноша по-русски, пробираясь мимо голоно и спокойно перешагивая через раненых. - Не фиг воровать запретные технологии и, уж тем более, использовать их не по назначению. Говорили вам урлау, не торопитесь и учитесь - всё будет, так нет, захотели сразу и много! Решили, что умнее вас в Галактике никого? Да вы ещё никто!
Массивная дверь, ведущая в лаборатории, распахнулась с такой лёгкостью, с какой Сергей открыл бы её на «сверхсиле», и в цех ввалилась группа парней в чёрном. Все, как на подбор, здоровенные накаченные «быки», вооружённые тяжёлыми скорострельными бластерами, наглые и самоуверенные, несмотря на катастрофу. Впереди быстро шёл сухощавый голоно среднего роста, при одном взгляде на которого у землянина закипела кровь. В нём всё было не так. Совсем не атлетическая фигура, однако, небрежно несёт в левой руке тяжёлую импульсную винтовку с многозарядным подствольным гранатомётом. И не идёт, а словно плывёт над полом. Непроницаемый зеркальный взгляд, на котором лежит тьма веков, впитавшая в себя многие жизни и ещё большее количество смертей. Выходец из той породы голоно, которые никогда и не знали других жизненных ценностей, кроме своих собственных представлений о благе. Если обычные сотрудники просто неприязненно сторонились его «быков», то от тёмного мастера они шарахались, как от прокажённого. Да он и был заражён безумием подлеца, получившего, наконец, власть.
Голоно на пути боевиков отхлынули к стенам, и Сергей остался один в образовавшемся коридоре.
- Почему цех превращён в госпиталь?! - рявкнул чёрный эксперт, ни к кому конкретно не обращаясь. - Расслабились, с-суки...!
Он запнулся и посмотрел на охранника, стоящего на его пути. И стреляющего из бластера. Их взгляды встретились и за тот миг, что Сергей нажимал на курок, его с головой накрыла волна тёмного слепящего ужаса, ударил чудовищный пресс чужой силы. Закрываясь телепатическими экранами, по которым срикошетировала большая часть ментальной энергии, юноша разглядел, как пространство перед ним расцвело огнём: силовой щит остановил встречную стрельбу. Оружием эксперт Круга владел ничуть не хуже, а вот защитой не пользовался, и напрасно. Через мгновенье всё закончилось, половина своры с хозяином лежали на полу, второй выстрел успокоил остальных. Разворачиваясь к простым сотрудникам, Сергей выхватил второй «Порог», развёл руки, увеличив зону поражения... И что? Вокруг раненые, перепуганные офисные служащие и лаборанты, рабочие, а охрана смотрит затравленно. Никто не собирается стать героем. Смерть, ожидание смерти, снова смерть, больше ничего не читалось в их глазах. Они даже не боялись, они заочно умерли.