Как и обещал Сарвен, всю область они облетели за два часа и составили подробнейшую карту. Вернее, составил компьютер под руководством урлау, а землянин сделал массу копий, добавляя то сетку гравитационных полей, то магнитных, то найденные маршруты метеоритных потоков или картину распределения по району проникающего излучения и т. д. и т. п. К ним он же писал пояснительные тексты, составлял таблицы с набором данных. К счастью, в компьютере были шаблоны на каждый тип карты с подсказками, какие именно наблюдения должны заноситься в создаваемую карту, что значительно облегчило жизнь Сергею. Правда, работы от этого не уменьшилось. Если бы не увеличенная урлау скорость восприятия и обработки данных, пользы от него было бы мало. И тем не менее, Сарвен не нашёл причин для недовольства, более того, заметил, что землянин подготовлен более чем достаточно для практиканта... школьника. Стрельцов серьёзно ответил, что для студента-землянина достижение уровня школьника-урлау большое достижение. Правда, при этом он усиленно тряс негнущимися пальцами и гадал, что делать с системным сбоем, который возник по его вине. Пальцы юноша размял, а компьютер пришлось выключить. Нот признался, что тот способ, каким землянин «завесил» систему ему, в принципе, известен, но как это исправить, знает только специалист по программному обеспечению. Главное, что свою работу Стрельцов уже сделал, компьютер подождёт до возвращения на корабль.
- Передохни немного, сейчас пойдём вглубь облака.
- Там тоже придётся перерабатывать тонны информации? - кисло спросил Сергей.
- Не тебе. Да и чем ты ещё недоволен? Таких данных на Земле нет и ещё долго не будет. Ты повкалывал два часа, а узнал больше, чем узнаешь за сто лет учёбы в своих Академиях.
- А кто спорит?
- Но ты что-то не слишком-то доволен.
- У меня свои причины для недовольства, - проворчал Сергей. - Свобода мнений позволяет находить новые аспекты в общеизвестных истинах.
- Тяжело с тобой.
- Да разве это тяжело? - отмахнулся Стрельцов, пока космобот нырял в гущу метеоритного облака. - Тяжело с моей бабкой, когда напьётся, и с матерью, когда в очередной раз крыша съедет, а со мной...
- Постоянно!
- Ну-у-у... да!
Тем временем на обоих бортах открылись люки, силовые ловушки стали выхватывать из космоса метеориты, в боковых корпусах проводился экспресс-анализ, и на экранах перед урлау и землянином пробегали страницы текста, схемы и таблицы.
- И это полевой анализ? - оторопел Сергей. - Лихо! Можно поближе посмотреть?
Сарвен молча подвинулся, открывая обзор, и Стрельцов склонился над дисплеями, снедаемый любопытством, но скоро поскучнел. Скрытокристаллический магматит... текстура... плотность... спайность... блеск... За этот материал он получил в институте «отлично» и мигрень. Через минуту юноша зевал. Все эти формулы и цифры были ему хорошо знакомы, а рентгеноструктурные фотографии кристаллических решёток нагоняли тоску. В своей описательной части геология очень скучная наука. Глаза машинально следили за ходом анализа, отмечая лишь незнакомые факты, а голова нашла более интересную проблему. Метеоритное облако удерживалось в секторе 54KZ11 силами притяжения пяти звёзд. Оно было неоднородным: максимальная плотность вещества тяготела к звёздам, а между ними пролегали рукава чистого пространства. Напрашивались некоторые аналогии. Но что по-настоящему пленило Сергея и возбудило самые чёрные подозрения, так это расстояние. Тридцать парсеков от звезды до звезды с пренебрежимой погрешностью. А расположение просто подкупало - пять звёзд образовывали правильный пятиугольник. Что он рассказывал Элоу о простейшем символе, говорящем о разумности существа? Сюда бы археологов с наказом не возвращаться с пустыми руками, вот сенсаций бы нарыли. Однако благородные мысли о торжестве науки были спутаны самым банальным и меркантильным образом, когда Сергей увидел на ближайшем мониторе минерал, кристаллическая решётка которого представляла собой кремнекислородные кольца, соединённые в непрерывную структуру атомами бериллия и алюминия.
- Сарвен, какие примеси?
- Где?
- Силикатный минерал, кремнекислородный тетраэдр.
- Хром.
- То есть, это изумруд?
- Где? - оторвался на миг от дисплеев урлау. - А, ну да.
И снова углубился в работу.
- Хочешь сказать, что в каком-то метеорите находится драгоценный камень? - вкрадчиво спросил Сергей.
- Какой камень?
- Самоцвет первого порядка.
- Ах, это. Ну и что?
Стрельцов задумался.
- Сарвен, скажи, пожалуйста, на что урлау тратят средства, вырученные от производства материальных благ?