- Тут дело не в прокачке мышц. Есть гораздо более серьёзные проблемы, чем сила удара. Люди очень легко принимают решения, после чего делают всё, чтобы не выполнить задуманное. Сразу же появляются какие-то мелкие дела, откуда-то берутся проблемы со здоровьем, а главное дело откладывается и откладывается. Время уходит, а ничего не сделано. Простейший тренинг - предложено постоять с гантелей в руке час. Ты согласился, а теперь мечтаешь избавиться от этого груза. Вы не выдерживаете долгого напряжения и легко справляетесь, только если что-то можно сделать относительно быстро, несмотря на трудности. Если же процесс растянут во времени, пыл остывает, мотивация падает и начинается откат. В спортзалы так никто и не ходит, зарядку по утрам не делаете, диеты не соблюдаются. Мужики слабеют, женщины жиреют. Мало принять решение, его надо выполнить.
- Всё? - одними губами спросил Сергей.
- Почти. Ты держи, час скоро кончится.
Сергей и держал, размышляя о том, какая же подстава ждёт его на этот раз. Торт говорил о психологии, что очень мало его касалось, это функция Элоу. Значит, главное ещё впереди. Хотя и так сказано немало. Если вспомнить, сколько всего нужного и полезного он сам себе обещал сделать? А как легко это было похоронено под грудой никчёмных дел, откровенной лени и нежелания долго держать темп! Про зарядку это точно. Он минимум два раза в год начинал старательно заниматься физкультурой, держался две-три недели, а потом очень незаметно забывал. Если необходимо сделать разовую работу, то она делается именно несмотря на трудности. Когда друг переезжал на другую квартиру, четыре подростка перетаскали пять тонн вещей с третьего этажа старого на третий этаж нового дома и всё без лифта. Стрельцов потом слёг на два дня с температурой, но дело они сделали. А та попытка набрать массу? Девчонки на курсе рассказывали, что если съедать по шоколадке в день, то очень быстро наберёшь вес. Он купил сразу три штуки, чтобы каждый день не бегать, съел полшоколадки, потом началась лекция, а через три дня, обнаружив в сумке залежи сладкого, минут десять вспоминал, зачем ему столько? А это упражнение? Стой да держи, что тут сложного? Ан нет, всё внутри протестует, одни жалобы в голове, поиск любых обоснований абсурдности происходящего, лишь бы бросить гантель. Чудовищный пресс от себя самого, желание сесть и расслабиться перебивает всё остальное, изнутри что-то так и шепчет, брось, не напрягайся, отдохни. Слаб человек...
Ещё целую минуту ждать! На часы лучше не смотреть, так время бежит быстрее. Но если не думать о времени, приходится думать о ноющих мышцах, и желание всё бросить переходит все мыслимые границы. Слова Торта задели в нём всё то мелкое и постыдное, что люди прекрасно знают, но ни в какую не хотят признаваться. Ведь самого уже достало существующее положение вещей и желание вырваться из болота простых, очень простых каждодневных дел и делишек вморозило его в эту низкую стойку. Лучше умереть, чем отступить. Последние тридцать секунд он жил одним ожиданием чуда. Тело сладко трепетало, сознание готовилось возликовать. Это был бы заслуженный праздник. Но за десять секунд до финиша Торт подошёл к таймеру и накинул ещё полчаса.
- Ты уж извини, Серёж, но... так положено.
Стрельцов почувствовал, как пол ушёл из-под ног. Так нечестно! Это жестоко! Мы так не договаривались!
Урлау поскорей отвернулся, чтобы не видеть лица ученика. И из «пси» лучше выйти.
- Да, и ещё - сдерживать эмоции тоже надо учиться, - смущённо пробормотал он. - Мало ли, что у тебя в душе! Никто не должен этого видеть, иначе воспользуются.
хххх
После полутьмы спортзала, которую Сергей заказал персонально, блеск медотсека нещадно резал глаза. Заплаканная Нио курсировала по замкнутому маршруту между койкой, терминалом и шкафами с лекарствами. Инструменты в её руках позвякивали тихо-тихо, туфли она сменила на мягкие тапочки, пение приборов поставлено на минимум, внутренняя связь приглушена. Она уже поругалась с Элоу, накричала на Сергея, отматерила Торта и сейчас сосредоточенно работала со стойким ощущением, что совсем скоро её работа снова пропадёт даром, ибо понимания девушка ни в ком не нашла. Ксенопсихолог предложила не вмешиваться в ход эксперимента, воин заявил, что подопытный мог в любой момент прервать занятие, а Сергей... Сергей молчал, и это испугало Нио гораздо больше, чем твёрдая решимость Элоу не обращать внимания на травмы землянина. Он только тихо хныкал, когда его принесли в медотсек, без тени смущения вопил, когда врач пальпировала мышцы и затих, получив ударную дозу обезболивающего. Юноша был равнодушен и к возникшему вокруг него скандалу, и к обиде Нио, потерпевшей полный крах из-за отсутствия поддержки со стороны больного. Против обыкновения, он не участвовал в дебатах и не ёрничал по каждому поводу. Он тихо ушёл в астрал и дремал с открытыми глазами, словно ему было всё равно, что из-за него плачет девушка.