- Много, - согласился юноша, - но они все специфичны. Ты много рассказывал о нравах и привычках обитателей Галактики, но я ещё не слышал о таких извращенцах, которые догадались бы засунуть в воздуховод хищника, назначение которого обеззараживать воздух. Это логично и последовательно, но безжалостно. Жестокость целесообразности, бездушная насмешка профессионального убийцы. Уж я-то знаю, мы на занятиях зверьков живьем потрошим, есть некоторые опыты, где это необходимо. Что значит, когда спасение оборачивается смертью?
- Не моё дело.
- Не ваше. Но моё.
- Почему?
- Потому, что я так решил. Дурацкое объяснение, но другого у меня нет.
- Зачем?
- Юмор специфичен так же, как и хулиганство. У нас на факультете многие подоконники разрисованы. Знаешь, что обычно стоит в центре всей мазни? Структурная формула какого-нибудь органического вещества. Нас всех можно вычислить по делам нашим.
- Так зачем тебе это?
- Я же говорил - закончить образование.
- Ты хочешь получить такой профиль?
- Знания сами по себе не несут добра или зла, - пожал Сергей плечами. - Только их использование приносит вред или благо.
- А ты взрослеешь. Что ж, попробуй.
Сергей отстегнул пояс, снял скафандр и сел на пульт, наблюдая, как Торт упаковывает вещи.
- Последний вопрос. Где критерии разума? Как ты определил, что на станции только животные? Где гарантия, что ты не ошибся?
- Гарантия - мастерство урлет. Я чувствую присутствие жизни на дистанции до двух парсек. А уж определить, какая из её форм разумна дело техники.
- Заключим пари? - предложил землянин. - Ставлю все свои драгоценные камни на то, что на станции остались разумные существа, скорее всего, ребёнок.
- Можно узнать, почему ты так уверен?
- Логика ситуации. Должно остаться место для подвига, а раз так, кого-то надо спасать.
- Принято.
- Ты не назначил свою ставку.
- Сам назначишь. Сергей Стрельцов, я слагаю с себя ответственность за вашу жизнь. Покидая «Гайм», вы лишаетесь поддержки урлау и получаете право на самостоятельные действия. Распорядитесь этим правом так, как считаете нужным.
- Постараюсь, - буркнул юноша.
Торт вышел через запасной выход, и землянин остался один.
Один? О, нет, компания собралась превосходная, единственная в своём роде. Очень гостеприимная, хотя и несколько навязчивая. Можно даже посмотреть поближе. Сергей полез под пульт, он знал, где тут должен быть подвох. Смысл в том, что герой должен быть беспомощен, значит, все приборы, которые могут выполнять активные действия, уничтожены. А для усиления мук главный персонаж должен всё видеть, значит, система наблюдения только повреждена. Оборванные кабели он срастил быстро, загрузочный кристалл нашёлся там, где и должен был быть - на столике оператора. Экраны засветились, некоторые сразу выдали картинку. Землянин бегло осмотрел арену предстоящих действий и прошептал проклятие. Потом вгляделся в крайний монитор, пытаясь понять, где это горит и что. Когда разглядел, закрыл глаза и долго вспоминал, как в России заклинают нечисть? А ведь это издалека и при малом увеличении.
Как же ты допустило это, пространство? Мы же твоя плоть и кровь!
Оно молчало, ему было всё равно.
Любите нас, пока мы живы, слезами нас не воскресить.
- Формалист. Подлец. Бездушная эгоистическая скотина. Варвар. Циник.
- Нио, я ..., - попытался вставить слово Торт, но ксенобиолог взвилась в истерическом припадке.
- Молчать, я ещё не закончила!
Восьмой час она бегала по мостику, кипя от злости, задевала операторов, толкала офицеров, ругалась с капитаном. Восьмой час Торт выслушивал всё, что она о нём думала. Разнообразием, тем не менее, её речь не отличалась. Перечислив личностные качества, Нио переходила на те законы, которые по её мнению Гет нарушил, покинув Сергея. Затем она вычисляла меру наказания, которая ему светила, определяла свою роль в предстоящем судебном разбирательстве и удовлетворённо замолкала. Через несколько минут всё начиналось заново, единственное, что изменялось, это эмоциональный накал, который увеличивался раз от раза. Медленно, но верно Нио взвинчивала себя, и воин уже стал всерьёз обдумывать, какими приёмами придётся отбиваться, когда девушка сорвётся.
- Как ты мог его оставит?
Ему предоставили шанс оправдаться? Что-то новенькое.
- Он сам так захотел.
- Сам захотел, чтобы ты его оставил? - иронично уточнила бортврач.
- Нет, сам захотел остаться, - не смутился Торт.
- Ты должен его защищать!
- Я знаю свои обязанности. Экскурсия по разбитым форпостам в них не входит.
- Формалист!