- Можно посмотреть поближе?
- Придётся перейти на наземную трассу, - предупредил Торт, глядя на Элоу.
Ксенопсихолог пожала плечами, и он угрюмо опустил рули. Город резко приблизился к окнам, обступил флаер со всех сторон, и неожиданно на улицах замелькали знакомые до боли палатки-однодневки.
- Медленнее, - прошептал Сергей и, едва Торт сбавил скорость, он разглядел, что это и правда укрытия торговцев всякой всячиной. Так-так, кто-то работает, а кто-то форцует. Голоно на порядок стали для него ближе и понятней.
- Останови флаер, мне надо сделать покупку.
- Здесь не безопасней, чем на Данату, - предупредила Элоу.
- Я возражаю, - заявил Торт.
- Значит, на мёртвую станцию к клифам можно, а к братьям по разуму нет? - спокойно спросил землянин.
Флаер метнулся к обочине и резко затормозил.
- Десять минут. Опоздаешь, - я за тобой сам приду, - сказал воин.
Землянин молча включил секундомер и вышел на улицу. На самом деле он не собирался ничего покупать. Ему хотелось окунуться в повседневную жизнь инопланетного города, прислушаться к разговорам, впитать эмоции прохожих. Смогли бы вы не воспользоваться таким шансом, если бы умели читать эмоции окружающих? Вот и Сергей не смог.
Он шёл по улице и фиксировал настроение каждого встречного, стараясь, однако, не перегружать мозг. Никакого глубокого сканирования, только чувства, излучаемые индивидом в данный момент. Перед ним мелькали озабоченность и настороженность тех, кто вышел на улицу по делам, беззаботность праздношатающихся, и целый букет различных эмоций, сопутствующих любым занятиям. Юноша только начал разбираться в паутине наслоившихся эмоций, как через «пси» протянулась чёткая нить неприязни. Так-так, его заметили. Буйным цветом расцвели враждебность, зависть и злоба, все ниточки потянулись к нему, окружающие позабыли о своих ссорах перед лицом общего врага. Похвально, если бы это был враг, но с учётом внушительного численного перевеса получается, что это общая жертва. Сергей мельком осмотрелся, оценивая шансы. Ниже двухметровой отметки здесь только дети и даже они презирали урлау за малый рост, вызванный повышенной гравитацией, и все, как один, завидовали той силе, которую та же гравитация вливала в его мышцы. Юноша был изыскано одет, а окружающие не блистали богатством. Он олицетворял расу, которая не так давно разгромила флот голоно, а теперь живёт припеваючи и бровью не ведёт, когда слышит о проблемах родственной расы, и пальцем не пошевелит, чтобы помочь. Закономерно замелькали вспышки немотивированной агрессии. Некоторые прохожие старались задеть его плечом, толкнуть на соседа, который тут же завопит о попрании своего достоинства и потребует компенсации. Он видел, с какой жадностью прохожие оглядывались, чтобы не пропустить этот момент, и готовятся обступить его плотным кольцом, дабы не убежал и не испортил им удовольствия. Сергею было их жаль. Последние недели он жил и тренировался при гравитации в две единицы, Голок с его силой тяжести 0,85 был просто игрушкой. Стрельцов превосходил любого на этой улице по скорости реакции, а умение точно определить источник угрозы и момент атаки помогало вовремя увернуться, и очередной прохожий пролетал мимо, так и не коснувшись. Это было скучно. Остановившись у палатки с всякой-всячиной, землянин прервал гонку на выживание и перевёл ситуацию в деловое русло. Агрессии разом стало меньше, кое-где забрезжил интерес.
- Что нужно? - подскочил продавец.
Урлау всегда были ценными клиентами, но голоно ни с кем не церемонились. Сергей постарался этого не заметить. На стенде с солнцезащитными очками он нашёл модель, форма которой приближалась к его идеалу, и посмотрел сквозь них на небо.
- У вас есть поменьше размером и с зеленоватым стеклом?
- Есть детские модели, - язвительно проинформировал продавец.
- Покажите, пожалуйста.
Голоно достал из пакета очки, которые казались миниатюрным сувениром в его руках, зато пришлись впору Сергею.
- Беру.
- Сто кредиток.
- А почему на ценнике стоит пятьдесят?
- Это заводская цена. Сам понимаешь, перевозка, хранение, амортизация, налоги плюс добавочная стоимость, наценка...
- Другим рассказывай, - сухо порекомендовал землянин.
Он постарался спроецировать на мозг торговца чувство обречённости и, вроде бы получилось, потому что голоно сразу сдался, и сделка была заключена. Сергей надел очки, и глаза расслабились, когда на них опустился болотный сумрак. Вроде бы и не дорогая вещь, а качество отменное. Игра светотени ласкала глаз, мир обрёл новые краски. Мнение Стрельцова о голоно сразу улучшилось, несмотря на то, что его чуть не убили на этой улице. На таймере бежала пятая минута, времени вагон. Оглядев напоследок прилавок, он вдруг заметил в кучке ножей модель «бабочка». Проходя практику в оздоровительном лагере, он по долгу работы конфисковал такой нож у одного ребёнка. Дети научили пользоваться этой игрушкой, до конца смены он успел неплохо набить руку. В день отъезда «бабочка» вернулась к хозяину, купить же собственную Сергей не захотел из-за низкого качества предлагаемых на рынке образцов. Может, здесь повезёт? Он взял нож в руки и грамотно раскрыл его в три такта с разворотом.