Выбрать главу

Конечно, эти фигурки на стене Завьялов сфотографирует, а если фотоаппарат откажется работать, он их тщательно перерисует в свой блокнот. Во всяком случае в "Вопросах археологии" они будут опубликованы не позже весны будущего года. Им, ждавшим столетия, ничего не значит подождать еще несколько месяцев.

Завьялов устремился к входу в пещеру. Яркое солнце светило прямо в ее открытое отверстие. Несколько шагов он сделал словно по мягкому войлоку - это были бесчисленные коконы бесчисленных поколений бабочек. Затем грунт стал твердым. Здесь царил полумрак, и исследователь на минуту остановился - дать привыкнуть глазам. И вдруг что-то случилось, Завьялов оказался в непроницаемом мраке. Сзади мягко ударило, пол пещеры качнулся, со сводов посыпались мелкие камни. Завьялов похолодел: обвал! Погребен навсегда в этой каменной ловушке, каждый час пребывания в которой смертелен... Ведь это именно пещера отняла красоту и силу у Дин и, по всей вероятности, жизнь у ее отца...

Завьялов зажег фонарь-"лягушку". Обвал был сравнительно небольшой, обрушилась, видимо, лишь одна гранитная глыба. Но она почти наглухо заложила вход. В оставшееся отверстие проходила рука Завьялова. Расширить отверстие? Нет, это безнадежное дело. Это займет суток трое, четверо, а их у него нет. Он не может ждать даже до завтра, когда его начнут искать товарищи. Конечно, они догадаются сразу, что он пошел исследовать эту пещеру. Но поймут ли они, где он? Нет, они решат, что он сорвался в поток, и внизу по течению станут искать его тело. Сколько бы он ни кричал, даже если Николай поднимется до того карниза, его не услышат сквозь рев водопада.

Нужно обдумать все спокойно и хладнокровно. Смерть? Он много раз видел ее совсем близко: полеты над городами, ощетинившимися лучами прожекторов и трассами зенитных снарядов, похожими на гигантских огненных ежей, совсем не напоминали увеселительные прогулки. Но если он умрет здесь, тайна Гамаюновой пещеры может остаться нераскрытой еще многие, многие годы.

Впрочем, ведь и он сам еще не успел убедиться, что эта тайна существует.

Освещая себе путь "лягушкой", Завьялов пошел в глубь пещеры. Она постепенно расширялась, особенно быстро уходил верхний свод. Пещера оказалась узкой щелью в граните. И вдруг по спине Завьялова пробежали мурашки: перед ним, освещенный неверным светом его фонаря, стоял человек. Глаза его сверкали, рот был раскрыт в зловещей улыбке, а на ярко сиявших зубах полыхало голубоватое пламя. Именно таким рисовались средневековому воображению люди выходцы с того света или прямые слуги дьявола.

Преодолев страх, Завьялов сделал еще два шага вперед и направил луч фонаря прямо в лицо привидения. Это была мертвая маска мумии, полусидевшей в нише задней стены пещеры.

Видимо, человек, превратившийся в мумию, был редким гигантом. И в полусогнутом состоянии туловища голова его была на уровне головы Завьялова. "Еще бы,- подумал геолог,- должно же было хватить у него силы по такой дороге пройти с тяжелой ношей - спящей дочерью. Да, конечно, это был Гамаюн. Одет он был в холщовую рубашку, подпоясанную ремнем, и такие же штаны..."

Гамаюнова пещера открыла свою последнюю тайну. Да, ее стены, своды, потолок состояли из минералов, содержащих в невиданных на земле, поистине фантастических концентрациях радиоактивные элементы - уран, торий. Далеко ли простирались драгоценные руды - это еще надо было узнать, но высокое качество их было бесспорным.

Завьялов снова вернулся к выходу из пещеры. Что же делать? Написать записку! При слабом свете, проникавшем сквозь оставшееся отверстие во входе, он коротко написал на листке блокнота о своем открытии и, свернув из листа голубя, выбросил в отверстие. Так он сделал девять раз - по числу чистых страниц, оставшихся в блокноте.

Когда с этим было покончено, он задумался. Что еще можно сделать? Дин отсюда послала к возлюбленному цветок. Может быт, она написала что-нибудь на цветке и бросила его вниз? Нет. не похоже. Зачем писать на цветке, если можно было воспользоваться листиком растения, клочком собственного платья...

А ребята в лагере еще ни о чем не догадываются. Папаша готовит обед, Николай систематизирует найденные образцы. А Оля?.. Оля, наверное, исследует таинственные механизмы связи у своих бабочек...

"Летающий цветок"... Не на пушистых ли крыльях бабочки написала Дин свое предсмертное письмо возлюбленному?.. А что если попытаться... Да нет, ерунда... Впрочем, чем черт не шутит... А вдруг получится?..

В голове Завьялова возникла идея, от которой он сначала просто отмахнулся, как от досадной глупости, потом вернулся к ней, потом... В конце концов он, по существу приговоренный к смерти, уже ничем не рисковал. Выиграть же он мог целую жизнь...

V

- Ты думаешь, он слышал наш утренний разговор? Это может пахнуть для меня незачетом практики. И черт же дернул меня высказать о нем свое мнение...

- До чего же ты противен мне, Николай!

- Что ты сердишься? Разве я плохо делаю то дело, которое обязан делать? И всегда, всю жизнь все то, что я буду обязан делать, буду исполнять только отлично. А эти мелкие неприятности - они выбивают из седла, нервируют... Ну чего ты, например, ко мне привязалась?

- Человеком быть надо, Николай. Человеком, а не исполняющим обязанности человека...

Николай не возражал. Несколько минут каждый занимался своим делом.

- Николай, смотри сюда! - вдруг воскликнула Ольга.- Что это?

- Бабочки,- невозмутимо ответил подошедший Николай.

- Нет, ты видишь, как они шевелят крыльями?

- Обыкновенно. Все вместе. Ты уже восхищалась этим вместе со своим любимым Сергеем Андреевичем.

- Смотри,- не обращая внимания на его слова говорила Ольга,- раньше они двигали крыльями через ровные промежутки, а сейчас как-то непонятно. То длинные паузы, то короткие.

- Похоже на передачу азбукой Морзе.

- Ну, это ерунда... Хотя... дай карандаш. На клочке бумаги, отмечая продолжительное раскрытие крыльев знаком тире, а короткое - точкой, она торопливо начала наносить знаки. И вот уже целые строчки возникли под ее карандашом.

- Попробую расшифровать,- сказала Ольга.

- А ты знаешь азбуку Морзе?

- Знаю.

- Откуда?

- В радиокружке в школе занималась.

- А зачем это тебе было надо? Или делать нечего?

- Понадобилось именно для сегодняшнего случая. Для одного раза в жизни. Читай. Вот что здесь написано:

"Я в пещере. На помощь. Завьялов..."

VI

Вечером, как всегда, собрались у костра.

- Видите ли, общее геологическое строение района говорило о том, что здесь должен быть уран. Вы знаете об этом, повторять не надо. А вот найти, где он, было нелегко. Его могло и вовсе не быть, а возможно, что он рассредоточен в граните в неуловимо малых дозах. Первое, что меня натолкнуло на мысль о наличии открытых залежей,- бабочки. Биологи установили, что радиация вызывает у насекомых появление мутаций. Я нигде не видел такого количества мутаций, как здесь, у слияния двух источников. Не случайно Оля не узнала эту обычную бабочку.