Друзья не понимали его, во многом это из-за того, что Женя принципиально не знакомил с ними Жанну. Для него она была отдушиной, его райским уголком, где он отдыхал. И по его убеждению только он мог пользоваться этим благом, иначе мир Жанны разрушиться. Разрушиться для него, конечно, а не для нее. Она-то очень хотела узнать, чем живет Женя, в отличие от него. Он просто не задумывался над этим. Для него это не имело значение. Смысл был в чувствах. В том, что он чувствовал ее. И не позволял узнать об этом чувстве другим, чем нередко вызывал недоумение.
Например, однажды он притащил в дом котенка. На тот момент у него уже было собственная съемная квартира. В основном для того, чтобы собираться с друзьями. Маленькое животное могло нарушить привычный темп жениной жизни. Пожаловавшись на это сестре, он услышал весьма отрезвляющий ответ:
- Ты содержишь в доме живность только потому, что твоя подруга, с которой ты даже не сожительствуешь, захотела котенка? - уставилась на Женю сестра.
- Нет, она попросила взять «живность», иначе беднягу бы утопили.
- И теперь ты обязан покупать ему еду, убирать его добро, собирать за ним шерсть. И все из-за прихоти какой-то девчонки, которую ты практически не знаешь.
- Она не просто девчонка. Она... Нужно ее видеть. Ты бы тоже не устояла, - понимая, насколько по-детски это звучит, буркнул Женя.
Он делал все, о чем его просила Жанна, как бы невероятно ни звучали ее предложения. Он был готов преподнести весь мир на блюдце, когда она была рядом. Отказать ей было просто невозможным для Жени. Чувствуя ее присутствие, он забывал про голос разума, про все. Любая, самая безрассудная идея казалась ему вполне нормальной, когда ее говорила она. И только потом он мог очнуться и понять, как глупо это было.
Когда на улице стало совсем сухо и тепло, они могли наслаждаться обществом друг друга сутки напролет. Сидеть в парке на скамейке; гулять, держась за руки; есть мороженое, смеясь на всю улицу. Она уговаривала его кататься на аттракционах, и он никогда не отказывался. Все было по-прежнему. Только теперь они были вместе всегда. И это отдаляло Женю от друзей, от привычной жизни, запутывая его все больше.
- В какой книге ты бы хотел побывать? - спросила Жанна однажды.
- Я бы хотел остаться в реальности, - улыбаясь и любуясь ей, ответил он.
- Это же скучно! - воскликнула она. - Я бы хотела побывать в какой-нибудь детской книжке. Потому что в классических произведениях герои такие несчастные. А мне бы хотелось получить заряд положительных эмоций, например, пожить в «Гарри Поттере»! Наверное, все бы этого хотели. Ты бы хотел? Да? Конечно, хотел бы! Или в любой другой приключенческой книжке, например, вместе с мистером Холмсом и доктором Ватсоном! - она вскочила с места. - Мне бы пошло кепи? - Жанна закружилась перед ним, и невесомая юбка вспорхнула, провожая хозяйку.
- Тебе пошло бы все. - Он улыбнулся, обнял ее за ноги, и встал, не отпуская. Та только ещё звонче засмеялась, наклоняясь за его плечо.
Вся их жизнь была наполнена красотой, сочностью красок, сладким ароматом липы тягучестью меда. Они вытворяли невообразимые вещи. Иногда и сам Женя становился их инициатором. Он был счастлив, как никогда, так, как никто бы не осчастливил его. И это с ним делала всего лишь одна Жанна. Он ощущал, что входит в ее мир, что она живет этим всегда. И он ощущал, что становится частью этого мира.
Однажды ему позвонили. Номер был неизвестный. Его попросили прийти. Что-то случилось с Жанной. Он не придал этому большого значения. Ведь если бы позвонила Жанна, он бы, окрыленный ее певучим голосом, сорвался с места тут же. Но это была не она, и он, оценив все свои ещё не сделанные дела, попытался отложить встречу.
- Приезжайте сегодня, - говорил встревоженный мужской голос. - Она бы хотела, чтобы вы были здесь.
- Что случилось? Где Жанна?
- Она тут, приезжайте.
Поразмыслив, Женя решил всё-таки поехать. Он никогда не был у нее дома. Не был знаком с ее родителями. И это было странно, что они познакомятся вот так. Но это было странно только сейчас, когда он приедет, ему все покажется нормальным, как всегда.