С порога на него дохнуло какими-то благовониями.
- Так вот ты какой, сынок, - приветливо, но грустно улыбнулся мужчина уже преклонных лет.
Видимо, это был отец Жанны. Матери ее не было. Как и ее самой. Мужчина провел гостя в комнату. По середине была Жанна.
Она лежала все такая же прекрасная, как прежде. С ее угольно-черными кудрями на белой подушке, пушистыми ресницами, тонкими мягкими пальцами на груди, с ее невесомостью, белым цветом кожи и даже будто румянцем. Одно только не давало Жене покоя: она не менялась. Она застыла, словно стала куклой. Конечно, Женя сразу все понял. Странное сосущее чувство с первых же слов не давало ему покоя. Значит, Жанна мертва.
- Почему? - удивленно смотрел на нее он. В нем ничего не защемило, не было боли утраты, не было отчаяния, не хотелось плакать. Было недоумение. Почему она? Почему та, в ком больше всего было жизни?
- Она не справилась с управлением, - извиняющимся тоном ответил отец.
- У нее была машина? - пространно спросил тот.
Отец с недоверием покосился на Женю.
- Она училась летать. Это был ее первый полет без инструктора.
С матерью Жанны он познакомился уже на похоронах. Это был солнечный день, как сама Жанна. Жене даже показалось, что она прощается с ними этими теплыми лучами. Машет им рукой в последний раз.
Только сейчас он начал узнавать что-то о Жанне. Например, глядя на камень с ее фотографией, он узнал, что она, оказывается, старше его на 4 года. Он узнал, что она работала в театре, что боялась темноты. С ним она никогда не боялась.
- Она всегда мечтала летать и всегда боялась старости, - всхлипывала ее мама.
- Какие странные желания, - удивился, слегка усмехнувшись, Женя.
- Она ведь говорила вам, - покачала головой та.
Он лишь пожал плечами.
- Правда, что вы собирались увезти Жанночку в кругосветное путешествие? - вступил в разговор отец. - Она этого очень ждала. Хотела полететь на своем самолете.
- Это было несерьезно, - улыбнулся он, будто извиняясь. Он и не помнил ничего подобного, но не хотел расстраивать родителей, для которых, возможно, это было последнее утешение.
- Для вас что-нибудь было серьезно? Или вы просто играли с нашей дочерью? А теперь наигрались, но последствия оказались непредсказуемыми? - вспылила мать.
- Эти пару месяцев я только ею и жил! - сердясь на несправедливые упреки, оправдывался тот.
- Полно-полно... - успокаивал обоих отец. - А ведь вы познакомились 7 месяцев назад... - задумчиво проговорил он.
- С ней время шло... по-другому.
- Это была никакая не любовь, верно? Это скорее одержимость, - снова проговорил отец. - А она говорила, что вы ее любите.
Для Жени все это вдруг показалось таким нереальным. Таким туманным. ? Он не чувствует, что потерял что-то. Он чувствовал, что проснулся. От всего этого мира, в котором жила Жанна. Вспоминая ее теперь, ему показалось, что он выдумал ту жизнь. Ее нежный образ будто закрылся от него туманом. Была ли она на самом деле? Или это только мираж, желание, воображение? Нет. Вот, ее родители сидят перед ним и скорбят, убитые горем. А он? Что он здесь делает?
Конец