В школе ситуация сложилась непростая. Когда меня последний раз укладывали на сохранение, сказали, что из больницы я до родов уже не выйду. То есть – при удачном исходе, конечно, - сразу в декрет. Поскольку учебный год только начался, мне подыскали замену. И вот такой вдруг пердюмонокль. Может, Валерия и взяла бы меня обратно, но я даже проситься не стала. Нашла другую школу в нашем районе, где остро не хватало биолога-почасовика. Классное я бы сейчас не потянула.
Полгода прошло в каком-то полусне. Я вела свои уроки, гуляла с Лоркой, вылизывала квартиру, тоннами читала слезливые бабские романы. Во всем этом был только один плюс: мы стали предохраняться, и я уже не думала о беременности. Хотя секс стал… таким, наверно, и бывает рутинный супружеский секс на пятом году брака. Четыре неудачные попытки завести ребенка затоптали весь огонь, который был между нами. Остался лишь слабенький огонек, и его хватало лишь на то, чтобы не замерзнуть.
Однако Мишка, походу, не смирился. Через полгода спросил осторожно: а может, все-таки поискать хорошего врача?
- Миша, не начинай! – мгновенно завелась я. – Хороший врач за меня не родит. И ты тоже. Или думаешь, что выкидыш – это как в туалет сходить? Сурмаму ты не хочешь. Значит, тему закрыли.
Но это я так думала, что закрыли. А тема была с этим не согласна.
Мишкин день рождения мы отмечали вдвоем, в ресторане. И как-то так всколыхнулось – сначала романтически, потом резко эротически. Так резко, что и до дома не доехали, припарковались в темном переулке.
- Ритка, мы ни разу не трахались в машине, - сказал он, расстегивая на мне брюки. – Давай ради праздника?
- А резинки? – испугалась я.
- Я успею, - пообещал Мишка.
Но… не успел. Не хотелось думать, что специально. Это было бы слишком подло.
Беременность оказалась самой короткой – меньше двух месяцев.