Вот что значит хорошо организованная и заранее продуманная операция, — не преминул воспользоваться случаем экспат, чтобы лишний раз показать коллегам, как нужно правильно воевать. — Мы целы, а фрицы нет! Все почему: хорошая подготовка и четкие, внезапные для противника маневры каждого экипажа в воздухе. Не зря, выходит, на земле по площадке гуляли? Мотайте на ус, а то многие из вас все время норовят наобум действовать, полагаются исключительно на молодецкую удаль. Нет, ребята, наскоком ничего не добьетесь, война порядок любит. Знаете, как говорится, меньше рискуешь — дольше воюешь — больше убьешь!
— Опять Кощей любимого конька оседлал! Разбегайся, братва, спасайся, кто может!
— Товарищ капитан, а как соседи сработали? — поинтересовался кто-то из пилотов. — Они ведь другой аэродром штурмовали?
— Верно, — кивнул начальник штаба. — Их самолеты приземлились чуть раньше вас, поэтому мы уже в курсе того, как они слетали. Им повезло — застали фашистов как раз во время подготовки. «Юнкерсы» в ряд чуть ли не крыло к крылу стояли. У самолетов было полным-полно топливозаправщиков, бомб и техперсонала. Так что, когда наши «илы» выскочили на бреющем на них, никто даже пикнуть не успел, как им на голову бомбы и эрэсы посыпались. Пожар, говорят, в полнеба до сих пор стоит. А вторая группа разнесла стоянки «мессершмиттов».
Все довольно зашумели. Ничто так не поднимает настроения, как хорошие известия. А они в это утро и впрямь были такими.
— А мы сегодня опять туда пойдем? — спросил Филатов.
— Посмотрим, — уклончиво ответил НШ. — Сперва дождемся известий от разведки. Так что отдыхайте пока и набирайтесь сил.
Не пришлось. Разведчики слетали и вернулись с неожиданными вестями: немцы ушли. Да-да, вот так просто взяли и ушли. На аэродроме остались валяться повсюду обломки сожженных самолетов, разбитой техники, искореженные ангары — их даже не потушили до конца, — а вот людей больше не было. Вообще!
— Пойдете работать по запасной цели, — решил Батя, получив эти сведения. — Начштаба, что там у нас?
— Железная дорога и станция Стодолище, — НШ не потребовалось заглядывать в бумаги, чтобы ответить командиру. — Но туда, я считаю, весь полк посылать не стоит.
— И то верно, — согласился с ним майор. — Пошлем... — он пробежал взглядом по сидящим перед ним офицерам, — да вот, хотя бы, Дивина! Кощей, иди, готовься к вылету. Возьмешь еще троих. Сдается мне, гансики сейчас в прострации и истребителей своих вряд ли поднимут. Так что организуйте «свободную охоту», пока есть такая блестящая возможность, в полном соответствии с приказом Верховного.
— Не могу, — мрачно отозвался экспат. — Машину мою ремонтируют.
— Что, сильно зацепили?
— Техники говорят, что дня два-три точно провозятся.
— Ах, как не вовремя, — озадачился комдив. Но вдруг просветлел лицом. — А ты моего «илюху» бери, — предложил он. — Все равно пока без дела стоит.
— Я могу слетать, товарищ майор, — влез было в их разговор Карманов.
— Отдыхай, комэск, — недружелюбно взглянул на него командир полка. — Так что, Дивин, летишь?
— Лечу!
Ушли снова на бреющем. С собой Григорий взял Валиева и Филатова. На скорости проскочили линию фронта и принялись прочесывать железную дорогу. Почти сразу им улыбнулась удача — наткнулись на длинный эшелон, медленно катящий к фронту. Наверняка, резервы фрицы подтягивают.
Атаковали состав с предельно малой высоты.
— «Сирень-8», выходи вперед, — приказал капитан Филатову. Пускай молодой пилот потренируется. — Бей по паровозу!
Младший лейтенант добавил газу, его «ил» обогнал самолет Дивина и зашел на пыхтящий локомотив чуть сбоку. Пристрелочная очередь из пулемета и вот уже с направляющих сорвались два эрэса. Рванули, будто наперегонки, к земле и вонзились прямо в будку машинистов.
— Отлично! — похвалил товарища Григорий. — Работаем, славяне.
Штурмовики прошли вдоль остановившегося эшелона, дружно врезали по нему эрэсами, обстреляли из пушек и пулеметов. Странное дело — пехота наружу высыпала, под откос ломанулась, спасаясь от пуль, но было ее не так уж и много. И вагоны почему-то упорно не желали гореть.