А то еще какой-нибудь залетный фриц привяжется, ведь подраненный советский самолет, да еще и отставший от своих — это самая лакомая добыча.
— Рыжков сел? — первым делом спросил Григорий механика, заглушив двигатель.
— До истребителей дотянул и там плюхнулся, — мрачно ответил Свичкарь, помогая ему выбраться из кабины и освободиться от парашюта.
— Так это ведь прекрасно! — обрадовался капитан. — Почему ты тогда такой кислый — лимон проглотил?
— Стеблина и Филатова смахнули, — отвернулся механик.
— Что?!
— Вот тебе и что. Говорят, у немцев очень много крупнокалиберных зениток появилось. Вот они ребят и срубили. Первым же залпом.
— Может выпрыгнули? Стрелкачи видели что-нибудь?
— Какое там! — сплюнул Свичкарь и понурившись слез с плоскости на землю. — Андрюх, я сейчас пришлю оружейников, скажу им, чтобы новый пулемет тащили.— Спасибо, — отозвался Пономаренко и растерянно посмотрел на капитана . — Вот дела, командир. Куда они хоть летали-то?
Оказалось, что шестерку Карманова направили блокировать фашистский аэродром. А его ПВО гитлеровцы недавно усилили, что по роковой случайности ускользнуло от глаз нашей разведки. И мощные орудия калибра восемьдесят восемь миллиметров, знаменитые «Acht Komma Acht», не оставили двум «ильюшинам» из группы капитана ни единого шанса. Это Григорий узнал у летчиков своей эскадрильи, когда нашел их за капониром машины Катункина. Пилоты и стрелки сидели на расстеленном на траве брезенте и вяло обедали.
Капитан ушел докладывать командиру полка.
— У них, видать, там все заранее пристреляно было, — глухо рассказывал Куприянов, вертя в руках кружку с чаем. — Дождались, пока мы в круг выстроились и как дали! Раз, и ребят уже словно корова языком слизала. Никто не выпрыгнул.
— Засекли, откуда они били?
Старший лейтенант замялся.— Мы сразу врассыпную рванули, — он отвел глаза. — Не до того было.
— Понимаю, — Григорий криво улыбнулся. — Спасайся, кто может.
— Зачем так говоришь, — вскинулся оскорбленно Валиев. — Там настоящий ад был! Я до этого никогда с таким не сталкивался. Разрывы повсюду, со всех сторон. Куда ни глянь, кругом черные облака. Сходи, посмотри, что с моим самолетом — техники в нем больше пятидесяти дырок насчитали.
— А выделить заранее хотя бы одну пару, чтобы она заткнула зенитки, как только те проявят себя, никто не догадался, правда? — капитан повернулся к татарину и требовательно посмотрел на него. — Забыли, чему я вас учил?
— Я говорил комэску, — убитым голосом проговорил Катункин. — А он ответил, что «пешки» утром по этому аэродрому уже работали и разнесли там все, что могло представлять хоть какую-то опасность. Кто ж знал, что фрицы именно на нас засаду поставят?