Часть 22
— Над чем корпишь, капитан ? — замполит присел за стол рядом с Григорием и устало стянул с головы шлемофон.
Бойцы БАО соорудили на новом аэродроме чуть поодаль от разбитых в роще палаток деревянный навес со столами и скамьями. Это место мгновенно облюбовали многочисленные курильщики и кто-то метко прозвал его «табачным навесом».
— Уф, вот нас сейчас «мессы» знатно погоняли, будто в парилке побывал! Пару кило точно сбросил.
— Представление на Челидзе сочиняю, — Григорий, радуясь нежданной передышке, отложил ручку и потянул папиросу из коробки. — Хватит ему в сержантах бегать.
— А почему сочиняешь, он у тебя так плохо воюет, что выдумывать приходится? — искренне удивился комиссар.
— Нет, воюет замечательно, то и дело приходится сдерживать, чтобы в одиночку всех фрицев не поубивал, — засмеялся Дивин. — Тут другая заковыка: я как ни напишу, все как-то сухо, казенно получается. А хочется, чтобы наверху знали, какой он отличный и достойный штурмовик.
— Дай посмотрю, — попросил замполит , протягивая руку к листку.
Быстро пробежал внимательным взглядом текст, вымученный капитаном , и недоуменно вскинул брови:
— По делу все написано, ничего лишнего. Мой тебе совет, не майся дурью, а отдавай комдиву именно в таком виде. Я со своей стороны поддержу.
— Серьезно? — обрадовался Григорий. — Здорово! Прям камень с души упал. Я тогда к Бате прямо сейчас побегу.
— У него совещание, не торопись, — посоветовал замполит . — Через часик зайди. Кстати, как тебе здесь, по прежнему житью-бытью не скучаешь?
— Нормально, — удивился неожиданному вопросу Дивин . — Сколько уже этих аэродромов было, ничего принципиально нового нет. Где-то чуть лучше условия, где-то — чуть хуже.
— С истребителями поладили? — настойчиво продолжал допытываться комиссар.
— Поладили! — засмеялся Дивин. — Никаких проблем, полный контакт.
В самом деле, что было делить с летчиками из того самого полка, где служил старый знакомый Дивина, старший лейтенант Каменский? Места под самолетные стоянки? Так их заранее, еще перед прилетом, разнесли на противоположные стороны рощи. Рулежные дорожки, соответственно, у каждого полка свои. Вот, разве что, взлетная полоса общая, так это не страшно — как говорится, в тесноте, да не в обиде. Зато на боевой вылет сразу вместе уходят, никто никого не ждет.