Комполка осторожно положил трубку и вытер рукавом вспотевший лоб.
— Заварил ты кашу, — крякнул он недовольно. — Вот теперь расхлебывай. Приказано срочно сделать повторный вылет. Я думаю, что посылать других летчиков смысла нет. Как думаешь, Алексей Алексеевич?
Замполит согласно наклонил голову.
— Я того же мнения. Капитан лучше представляет, где искать своих немцев.
— Чего это они мне свои? — насупился летчик. — Скажете тоже, товарищ майор.
— Кончай базар, — оборвал его комдив . — Бери кого-нибудь из своих архаровцев и немедленно дуй обратно. Ты должен подтвердить данные о фрицах.
— Есть подтвердить!
часть 29
Кого с собой взять? Дивин шел к палатке, в которой жили летчики его эскадрильи и мучительно размышлял над непростым вопросом. Ведомый у него Валиев и вроде бы ответ лежит на поверхности. Но, если брать во внимание важность предстоящего вылета, то куда логичнее представляется лететь в компании с тем же Рыжковым . А что, немцев у Прохоровки именно он и обнаружил, выходит, что ему и карты в руки. Летчик опытный, проверенный, его показаниям поверят гораздо быстрее, чем словам более молодого коллеги. Да, пожалуй, так будет лучше всего.
— Рыжков , собирайся, на «рентген» полетим, — отрывисто приказал капитан , зайдя в палатку. Другие пилоты разом притихли и уставились на комэска. — Батя приказал перепроверить информацию о немецких танках под Прохоровкой. Техники сейчас устанавливают аппаратуру на мою машину, будем снимать. Желательно, во всех деталях.
— Не понял, — удивился Рыжков. Он развалился на своей койке, закинув ноги на спинку, и лениво курил. — Мы же все гансов там видели, какая еще перепроверка?
— Ты нашу технику в том районе наблюдал? — ласково поинтересовался Дивин. — Оцени район их предполагаемого развертывания и наступления. А потом сложи два плюс два. Ильмир, ты не видел, куда я очки свои бросил?
Прорва ненадолго задумался.
— Черт, они же на Прохоровку пойдут! — Рыжков резко побледнел. — А там фрицы окопались и готовят теплый прием. Но…тогда получается, как только немчура засечет нас, враз сообразят, что к чему и начнут лупить изо всего, что имеется, верно? Им ведь совсем не нужно, чтобы их планы раскрылись раньше времени.
— Верно мыслишь, — похвалил его капитан . — Наверняка они уже связались со своими штабами и запросили авиационное прикрытие района. Да и зениток, думаю, навтыкали по самое не могу.
Рыжков поднялся с койки. Пружины жалобно скрипнули. Ожесточенно затушил бычок в импровизированной пепельнице — гильзе от тридцати семи миллиметрового зенитного снаряда. Потом молча надел ремень и взял с тумбочки шлемофон.
— Стрелкам надо приказать, чтобы тоже готовились, — мрачно сказал он, застегивая пуговицы на воротнике гимнастерки.
— Уже, — кивнул Дивин. — Я вот думаю еще кассеты с «капустой» загрузить. Вдруг, сразу не найдем фрицев. Глядишь, передвинули засвеченную технику. Так можно будет по подозрительным местам сыпануть, спровоцировать их.
— Сойдет, — согласился Рыжков. И после небольшой паузы осторожно спросил. — Кощей, а «маленьких» дадут? Неохота от «мессеров» в одиночку отбиваться.
— Ну а как же, — успокоил его Григорий. — Сразу восьмерку выделили на сопровождение. Каменского со товарищи. Они тоже будут снимать, но со своей высоты. Так что, рассчитывать, что там что-то путное получится, я бы всерьез не стал. Сам знаешь, какие из истребителей разведчики. И по всему выходит, что нам с тобой отдуваться придется. Может, немного на себя фрицев отвлекут, и то хлеб. А тут мы с тобой на бреющем, да на мягких лапах.
— Кто бы сомневался, что именно нам голову в пасть черту совать придется! — угрюмо отозвался приятель. Пальцы его слегка подрагивали, и одна из пуговиц никак не желала попасть в петельку.
— Не дергайся раньше времени, — тихо посоветовал ему экспат. — Все будет хорошо!
— Да подташнивает меня что-то, — с тоской сказал Рыжков. — Второй день сам не свой. Кусок в горло не лезет.
Плохой знак, дернул щекой Дивин. Обычно такая ерунда происходит с летчиком, когда он подошел к пределу своих сил, и нервное напряжение достигло своего максимума. Оставить его и взять с собой другого пилота?