ться. И быстро выставить вокруг транспорта силовое поле, послав троице прощальный привет. В конце концов, это всего лишь потеря груза. Не возражаете, господин прокурор? Хорошо, я не буду приставать с вопросами. По крайней мере, постараюсь. Продолжаю... Помог мне случай. Робот на борту был для разных хозяйственных дел, прозвищем Косорыл. То есть раньше он по индексу проходил, по номеру... Нет, не помню уже. То есть, имени по малолетству не имел. А за полцикла до полёта угодил он под погрузчик, который его слегка и помял. Так, местами - верхнюю часть корпуса. Друга, хоть он и электромеханический, в беде бросать нельзя, вот я его в мастерскую и отнёс. Но беда - с семисами проблема была в то время. Полную оплату не потянул, пришлось на внешности сэкономить. А роботу чего красавцем быть? Кто его рожу видит, кроме меня? Я, между прочим, гостей на транспортнике не ждал, а если бы и ждал - всё равно рожу ему реставрировать не стал бы. И гости потерпят! В общем, физиономию ему заменяла помятая пластиковая накладка на стальной башке, на коей складским маркером неровными и, признаться, суматошно-рваными штрихами нарисовал я ухмыляющуюся рожу, вышедшую, в довершение сей печальной картины, ещё и какой-то кривоглазой. Меня любил как программой предписано, к гражданам метрополии относился с должным почтением, всех же прочих за людей не считал. Работал по хозяйству, изредка привлекался к мелким и незначительным ремонтным работам. Иногда искрил. В общем, послал я эту жертву водительской невнимательности и моего безденежья в поход за рыбой. Да, забыл сказать! На краю поляны, где мы коротали изрядный кусок вечности, был склон, краем упиравшийся (как верно показали сканеры) в песчаный берег какой-то речушки. Ну так, что-то среднее между большим ручьём и маленькой рекой. И вот вздулась эта речушка после той самой грозы и вскорости после этого стали из забурлившей воды рыбы прыгать. Не знаю, точно ли это рыбы были. Какие-то существа с плавниками. Пузатые, с серебристо-фиолетовой чешуёй. Я решил, что кухонному комбайну не мешало бы и местные продукты освоить, а то что все на бортовом да постном сидим? Припасы к концу подходят, и вообще - свежатинки захотелось. С гостями и советоваться не стал. Какой уважающий себя перевозчик будет с собственным грузом советоваться? Просто путём нехитрых рассуждений пришёл к выводу, что коли воздух тут от нашего не слишком отличается, так и живность не должна отличаться тако же. Потому Косорыла и отправил... Тот в стальной клубок свернулся, выкатился из корабля, пролетел волчком по поляне - и к реке. Сначала честно лапами грёб из воды и добычу в корзину складывал. А потом пришли местные... Да, дикари какие-то! Волосатые, низкорослые, сгорбившиеся какие-то. Тоже, видать, на рыбное место притопали. Я уж подумал: увидят работника моего - и дёру дадут. Ан нет, не дали. Орать чего-то начали, пальцами показывать. Чего говорите, господин прокурор? Антропоморфные? Это как это? Да, чем-то на людей похожи. Низенькие только. И бугры мышц выпирают со всех сторон. И ещё... Будто чем-то белым присыпаны. Порошком каким-то. Это у них украшение такое из пересушенной глины, но это уже я потом узнал. И рожи у них такие, что робот мой по сравнению с ними - звезда ночного шоу. Так вот, давай орать! А потом сдуру пару раз палками какими-то заострёнными киданули. Чего ради? А у Косорыла программа защиты встроена. В метрополии и в грузовых портах она, конечно, отключена, но тут-то, в диком месте, по умолчанию активизируется. Он и пошёл их гонять! Кому-то по шее съездил, кого-то просто в сторону отшвырнул, кому-то и по спине пребольно попало! Умора была! Я ещё на большой объёмный монитор картинку вывел - так Луц с Кравеном чуть по полу не катались от смеха. А Эбиган - тот нет. Серьёзно так смотрел, вдумчиво. Губы пожёвывал. А тут и я промеж смеха стал думу думать. Местные! Вот кто мне поможет всю эту троицу из транспортника выманить. Профессор - человекоориентированная сволочь. Это сразу было понятно. Человеки для него - сопротивляющийся обработке материал, самим сопротивлением своим бросающий вызов творческой его воле. Такой господин птичек и зверюшек изучать не будет. Неразумные твари ему ни к чему. И слишком разумные - тоже ни к чему. А вот такие вот, полуразумные, в самый раз. И чем ярче выражена эта полуразумность и твёрже сопротивление цивилизаторским усилиям, тем азартней профессор будет давить лапами и мять глиняных человечков, выделывая их на свой манер. И понял я, что пришла Удача. Большая такая, нежданная удача. Ведь без этих нечаянно нагрянувших гуманоидов мне Эбигана, пожалуй, трудновато было бы выжить. Не за цветочками же его посылать? Плевать он хотел на цветочки! Людишки - вот его сокровище! Только я думу додумал, так уже и Косорыл вернулся. Кривая ухмылка была теперь ему в самый раз. Разогнал он местных с минимальными потерями, почти без повреждений. Ну так, пара царапин. Кажется, дикари эти где-то в травке пару камушков нашли да приложили рыболова нашего напоследок. А он их приложил так, что бежали те в спасительный лес, хромая, кособочась и стеная непрестанно на гортанно-квакающем своём языке. А ещё хозяйственным Косорыл, помимо счастливо сохранённой рыбы, принёс изделия местных мастеров: палку с неровно заточенным (явно об камень) концов, сук с обломанными ветвями (изображавший у местных воинов боевую дубинку) и осколок кости, на треть длины обмотанный подсушенной древесной корой (это, должно быть, боевой нож). Косорыл собрал трофеи очень удачно. Мне-то на всю эту инопланетную этнографию наплевать, а вот профессор заинтересовался. Давай сразу рассматривать, да восхищаться, да что-то под нос себе приговаривать. Я его в течение дня осторожно подначивал. Так, чтобы выглядело это естественно и не нарочито. Явного интереса не выказывал, но так... при случае... Дескать, любопытно бы поближе познакомиться. Не так, чтобы близко. Но кое-какой материал можно было бы и собрать. В нашем-то мире о такой чистоте первобытной даже в легендах не вспоминают. А тут... И вообще... Одной только силой цивилизованного интеллекта можно было бы всю эту банду волосатиков в шеренгу выстроить и повести к свету цивилизации. И, прошу заметить, при полной свободе рук и творческих усилий. Ведь на это планетке никакие правительственные комиссии нас не контролируют. И сыщиков из Управления порядка и благочиния тут нет. Не родились пока! Так что... У профессора, конечно, свои мысли в голове роились. А чтобы роение это усилить, я даже разрешил Эбигану в бортовую лабораторию залезть. Ну, ту самую, что на транспортниках используется для изучения образцов сомнительных по качеству товаров. Он таи засел до вечера. А вечером задал я пир. Кухонный процессор признал рыбу вполне съедобной и наготовил из неё множество самых разных наивкуснейших блюд. И после затянувшегося космического поста набросились мы на эти яства как стая оголодавших шерстихвостов, сбежавших из бродячего зверинца. Набив животы, потянулись к философским размышлениям. И разговор потёк сразу по нужному руслу. Как-то сам собой встал вопрос о близком знакомстве с дикарями. Профессор не стал змею за хвост тянуть и с ходу спросил, можем ли мы овладеть языком аборигенов. «Без проблем!» отвечаю. «Косорыл у одного контуженого в долю мига всю информацию из головы вытянул и уже парой фраз овладел». «Подлый сын блюкой Баякудры!» бодро подтвердил прислуживавший за ужином Косорыл. Профессор призадумался. А потом и спрашивает, как и нам... то есть, ему в первую очередь языком овладеть. Да так, чтобы без акцента. «Запросто» отвечаю. «каждый транспортник оснащён лингватором. В нашей грузовой системе пятьсот сорок три языка используется, и это только официально! А с учётом жаргонов, диалектов и редко употребляемой в приличном складском обществе обсценной лексики планеты Виклор - так и вовсе сотен семь наберётся. И насчёт акцента не беспокойтесь - в загрузочной информации, которую лингватор втемяшит в ваши драгоценные мозги, будут и сигналы для настройки правильно работы мышц гортани и связок, с учётом всех особенностей местного акцента». В общем, обнадёжил. Луц и Кравен напряглись. Им в авантюру ввязываться не хотелось, но профессор (на моё счастье) упрямо тянул их за собой. После ужина толком не отдохнул. Вскочил на заре, всех поднял - давай язык осваивать! В кресло лингватора садились по очереди. Я тоже присел. Отчасти чтобы подозрений лишних не вызывать, отчасти из-за внезапно налетевшего куража, а отчасти потому, что было очень любопытно послушать, о чём же этот премудрый реформатор с дикарями разговаривать будет. А потом по просьба профессора отправил я микродрон в разведку. Выяснить, где там стойбище местных находится. И заодно уточнить, как же они на визит пришельцев отреагировали, да и вообще - как живут и о чём мечтают. Дрон поселение довольно быстро обнаружил. По следам беглецов (они в зарослях настоящий коридор пробили, пока бежали). Дикари как дикари. Навесы на стволах деревьев, шалаши - то ли на сваях, то ли на тех же стволах. Кусок леса слегка прорежен от деревьев. Видно, временно они тут. Грязь, мошкара какая-то в воздухе вьётся. Галдят, воду набирают из какой-то лужи. К реке идти, похоже, боятся. Дрон к стволу прицепился, включил оптомаскировку. Видит, слушает, пишет. В общем, ничего особо интересного. В основном, свои проблемы обсуждают. Ну и про нас, конечно, говорят. Но так, немного. Прямо даже о