— Ну и как тебя русалка? Не припоминаешь ночи страстной? — насмешливо спросила девушка, устраиваясь рядышком с Тенью. После жара костра воздух казался прохладным, а лошадь, лежавшая в совершенно невозможной позе, по-кошачьи подогнув ноги, пристально наблюдала за «подозреваемыми» и не возражала против обогрева замерзших человечек.
— Впервые вижу. Как только начинаю вспоминать — словно туманом окутывает и всё расплывается. Знаешь, так бывает, когда утром просыпаешься, помнишь, что снилось что-то хорошее, а вспомнить что конкретно — не получается, — задумчиво признался Кристарн.
— Думаешь, тебе снилось нечто хорошее? — улыбнулась Аталь.
— Как ни странно, но ощущение именно такое. Впрочем, можно ещё раз попробовать заклинание «поделись воспоминанием». Покажешь мне то, что забылось.
— Нет уж, — поспешно отрезала целительница, — хватит ковыряться в моей голове!
— Жадина! Тогда помолчи немного, ты мешаешь мне подслушивать.
— А ты слышишь, о чём они говорят? — удивилась девушка, прикинув расстояние, и покорно замолкла под укоризненным взглядом дроу. Быстро заскучав, она пригрелась возле тёплого бока Тени, машинально перебирая пальцами мягкую гриву, и не заметила, как задремала. И, конечно же, на самом интересном моменте её сон прервался от лёгкого прикосновения к щеке.
— Ну и чего? — Аталь сонно зевнула, с удивлением рассматривая косички на гриве Тени. — И кто кого того?
— Наши ихних, — последовал не менее содержательный ответ.
— А подробней?
— Миру мир, все любят всех и всем всё прощают. Идиллия.
— Обожаю сказки со счастливым концом! — жизнерадостно провозгласила девушка, украдкой расплетая шедевр парикмахерского искусства. Хотя длиннокосый дроу на лошадке в косичках смотрелся бы феерически…
— Да? — тёмный криво усмехнулся. — А я не люблю. Они страшно предсказуемы и, к сожалению, для жизни малопригодны.
— Значит, ты читал неправильные сказки, — авторитетно проинформировала его Аталь и уточнила: — А что Тинка?
— Вон, рядом с Мартой. Жива, здорова, кушать хочет.
Девушка осмотрелась и действительно увидела Тинку, вполне самостоятельно сидевшую на телеге.
— Представляешь, какую увлекательную историю ты проспала! Оказывается, Тинка узнала, что Уляша собралась отказать магу да сбежать к любимому и вся обзавидовалась. Распустила по селу сплетни, что сестрица, мол, совсем ополоумела, решив, что её достоин только муж дворянских кровей. А потом, одна побежала и утопилась ненароком, другая до паралича испугалась неожиданного финала своей подпольной пропаганды, а третья корила себя столько лет, что детей не сумела воспитать! — тоном заправской сплетницы проинформировал её дроу, с силой потёр виски и уже обычным голосом подытожил: — У меня такое ощущение, что в голове поселилась стая дятлов. Никогда не перестану удивляться женщинам. Чего в вас только не напихано! Как откровенная глупость может граничить с загадочной мудростью, непредсказуемая логика с невероятной интуицией, а бессмысленная жестокость с бескорыстным милосердием? Это поразительно.
— Ага, мы такие, — глубокомысленно подтвердила Аталь, борясь с коварно подкравшейся дремотой. — Может, уже подойдём, а то я сейчас засну и весьма предсказуемо дам маленькой шаровой молнией по каждой руке, которая протянется прервать мой сон…
— Пойдём, и меня этот сельский романс утомил. Получишь грамоту — да поедем догонять наших, дело уже за полночь.
— Какую грамоту? — подозрительно уточнила Аталь.
— За спасение утопающих, болезных, женщин и целой деревни перепуганных идиотов, — любезно пояснил дроу, подавая девушке руку. — Мой совет — благодарность принимай деньгами и продуктами, но только не рыбой — по дороге протухнет.
Они подошли поближе к воде. Русалка приветливо улыбнулась и заискивающе попросила ещё минутку. Без всплеска нырнув в воду, она действительно через мгновение появилась, протянув к целительнице ладони, сложенные лодочкой.
— Передай, пожалуйста, — попросила водяница, зная, что сама не сможет выйти из воды, а защитный круг не пропустит её родных без разрешения мага-создателя.
Аталь, внутренне поморщившись, зашла в прохладную воду и приняла из ледяных рук русалки полную пригоршню крупного речного жемчуга. Водяница заглянула ей в глаза и тихо спросила:
— Это для них. А что ты хочешь за услугу?