— Да не нужна мне эта победа, я пришёл сюда за другим.
Парни помолчали.
— Давно, брат? — подал голос Давид.
— Что — давно?
— Ну…, — замялся воспитанный Давид. — Просто, ты так смотришь на неё, когда она заходит к нам, будто вокруг вообще никого не существует. Такие чувства не рождаются за один день, я по себе знаю.
— Давно, — выдохнул Санта. — Я не знаю уже, как к ней подобраться. Кажется, это просто не реально. Но что мне тогда делать?!
— Не отчаивайся, брат, она заметит это.
— Конечно, заметит, — со вздохом произнёс Слава. — Мы же под камерами сейчас. Теперь это вообще все заметят.
— Да плевать, — отозвался Данил. — Я… да это помешательство какое-то, понимаете?! Я не могу больше один это вывозить. Вижу её, и дышать забываю, а она общается со всеми, кроме меня. Костя мне завидует? Да мне его убить хочется, когда она на него смотрит! Да вообще, просто за то, что он существует! Столько лет прошло, я надеялся, что она забыла, а тут этот нарисовался. Как же я ему завидую! Я год ей сообщения писал. Писал и надеялся, что она согласится на встречу. А потом боялся, что согласится. Увидит меня, а я… кто я? Псих, громила, звездища — вот, кто я для неё.
— Так вы общались до проекта? — уточнил Слава.
— Ну, если мои смс в пустоту целый год можно назвать общением, то да, общались. Так сказать, в одностороннем порядке. Жопа, короче, пацаны. Я настолько псих, что даже сгонял на кладбище к её мужу! Умолял мне присниться и дать совет, как к ней подобраться, и тем более — заинтересовать. Обещал, что никогда не обижу её, признался, что безумно люблю. Он же должен меня понять, сам ведь был такой же.
— И что? Приснился? — на полном серьёзе поинтересовался Слава.
— Хрен, — сплюнул Санта. — Они меня всей семьёй игнорят.
Парни тихонько засмеялись.
— Посвяти ей песню, брат, — посоветовал Давид. — Я так делал.
— Двадцатую? — невесело усмехнулся Данил. — Ты слышал, как она отзывается о них? А они все о ней!
— А она знает об этом?
— Теперь знает, нас же снимают! — опять оповестил Слава, рассмешив своих собеседников.
— Посвяти ещё одну! — стоял на своём Давид. — Только скажи, что это для неё! Хочешь, я спою? Кристина хвалила мой голос, постараемся вместе, брат! — всеми силами пытался помочь товарищу парень.
— Да чё ты привязался к нему с этими песнями? Не работает это, сказал же он! У тебя, что, сработало?
— Да.
— И где сейчас эта девушка?
Давид опустил голову, печально вздохнул:
— Замужем за другим.
— Охренеть, как классно сработало! — захохотал Славик. — Нам такого результата не надо! Сидит ещё, советы тут раздаёт!
— Она не хотела этого, она любила меня. Её родители замуж выдали, у нас так принято.
— Суровые законы, — сделал вывод Слава. — Что ж, чтобы вы приняли меня в свой клуб разбитых сердец, то скажу: моя любимая девушка вышла замуж за моего брата. Сказала: слишком красивый, не хочу всю жизнь переживать, что уведут.
— А ещё надо мной смеялся, — проворчал Давид. — Но история, конечно, и у тебя так себе.
— И вот я теперь сижу и думаю, — подал голос Санта. — А чего я тут сопли жую-то, а? Моя любимая свободна, а Костя пусть идёт нахер.
— Да его вообще выгонят через неделю! — оживился Давид.
— Не, пусть остаётся, — не согласился Слава. — Он сам себя во всей красе покажет, да уже показал. И Кристина это точно увидит.
— И всё равно будет смотреть на меня, как на пустое место, — засмеялся Санта. — Не в Косте там дело.
— Кристина, он не пустое место! — глядя прямо в камеру, сказал Давид, указывая на Данилу. — Он же так тебя любит, ну посмотри на него!
— Давид? — позвал Санта.
— А?
— Заткнись, по-братски, — снова засмеялся Санта, рассмешив и парней.
Царь остановил видео.
— Собственно, всё.
— Не знаю, что сказать, — призналась я.
Мыслей в голове было столько, что теперь понадобится время, чтобы разложить там всё по полочкам.