– Смотрите, господин Депольт****, – венецианец, почтительно склонившись, показывал владельцу нового замка чертеж на листе пергамента. – Это окончательный проект, тут все понятно…
Он сделал паузу, дождавшись милостивого кивка сеньора. Судя по всему, понятно богемцу не было ровно ни черта: как и положено королевскому рыцарю, он утруждал себя мыслями (и то – довольно специфического направления) только на поле боя. Сейчас он выполнял приказ: построй замок, стерегущий путь через Вшерубский перевал к Регенсбургу, закрепись там с гарнизоном, собирай дань с окрестных земель и неси дозорную службу. А поскольку господин рыцарь собирался тут жить, то и оборудовать он решил все на совесть, – в этом служаке было не отказать.
Идея подземного хода принадлежала, похоже, ему самому, господину Депольту с непроизносимой фамилией. Надо думать, он видел тайный ход в каком-то жилище или крепости, вероятно – даже ходил по нему, и теперь захотел себе такой же, а как – не его печаль, он деньги платит (полученные от короля, но соль не в этом). В силу того, что эта местность изобиловала холмами с выходами теплых источников, в которых и под которыми тянулись промытые подземными водами пещеры, – сделать ход, ведущий в одну из таких, представлялось весьма логичным… эээ… ходом. А поскольку сам вояка был в строительстве, как говорится, ни уха, ни рыла, то нанять по рекомендации прибывшего в Прагу венецианского инженера было тоже очень разумно.
Задачка была не из легких, но мастер Тревизано решил ее не просто успешно – изящно! Почему бы, собственно, и нет, если хозяин выплатил очень неплохой аванс, а обещал втрое больше? Да и поломать голову над непростым инженерным решением тоже было интересно.
– Видите, господин Депольт, – мастер указал на схему длинным пальцем, украшенным серебряным перстнем с гептаграммой. – Здесь, где нарисованы штрихи, проходит водоносный слой, снизу ограниченный скальной породой, в которую упирается фундамент замка. Ваш колодец черпает воду именно оттуда, а поскольку она всякий раз теплая, – то я делаю вывод, что слой сообщается с подземными термальными источниками. Здесь, с южного бастиона, можно сделать еще один колодец…
– Какой колодец, дурень? – проворчал рыцарь, почесав бороду. – Я просил тебя прорыть тайный ход, воды у нас и так хватает.
– Прошу, дослушайте, господин Депольт, – мастер Тревизано снова поклонился. – Это будет непростой колодец. Во-первых, – очень глубокий, поскольку южный бастион расположен гораздо выше замкового двора, то есть до уровня грунтовых вод там очень и очень приличное расстояние. Эта глубина может – и должна – замаскировать тот факт, что колодец будет с секретом…
– Погоди, – снова перебил хозяин замка. – То есть ты что, хочешь сделать ход через колодец? – соображал он быстро, но, похоже, криво. – И как, мои воины должны будут в него нырять? Прям в доспехах, ты серьезно? Не, если совсем прижмет, – то можно и так, но я нанял тебя сделать нормальный подземный ход. Обычный, понимаешь, жаба ты итальянская? Сухой!
– Но он и будет сухим! – уверил мастер. – Просто путь погоне, если она вздумает следовать за вами по тайному ходу, можно перекрыть изнутри, заполнив колодец водой!
– Хммм, – рыцарь снова почесался – на этот раз в области груди, просунув под стеганый подлатник здоровенную волосатую лапу. – А вот с этого момента давай подробнее.
Мастер Тревизано поудобнее перехватил пергамент и начал свою длинную речь. Похоже, ему все же удалось заинтересовать сурового хозяина, а значит – с вознаграждением проблем не будет.
***
– Рубаху хоть надень, – Зденек ворчал, но глядел понимающе. – А лучше и камзол.
Вот что в нем было хорошо, – он не задавал лишних вопросов: решил друг и командир добраться до никому не известного подземного хода, – значит правильно решил; вот лопата, вот кирка, вот мои руки. С таким характером из этого парня мог получиться вполне приличный солдат, чего молодой граф изрядно опасался. Впрочем, дело было, скорее, не в послушании приказам, а в понимании. Не факт, что Зденек выразил бы увиденное теми же словами, что его более образованный друг, но то, что ему открывалась хотя бы часть той же странной потусторонней картины, не подлежало сомнению. Может, Зденек видел даже и больше, чем молодой барин, – как знать, он никогда не рассказывал, только иногда пел.
Граф поднялся с камня и повел плечами, расправляя одеревеневшие мышцы. Судя по расположению солнца, он просидел здесь не так долго, – может, час, не больше.