Зденек продолжал что-то ворчать под нос, но хотя бы прекратил свои тревожные расхаживания: что ж, доброе слово и кошке приятно. К тому же, это была чистая правда.
– А вообще, она славная мелкая проныра, и ты с нею еще подружишься, – граф улыбнулся приятелю. – Гляди только, не влюбись… Ладно, я пойду прогуляюсь по лесу. Но мы с тобой сюда еще вернемся, верно?
Зденек что-то пробурчал ему в спину, впрочем, было понятно: он передумает.
Молодой граф свернул на неприметную тропку, ведущую куда угодно, но не к замку. На ходу было легко думать и вспоминать всякое, – даже не особо замечая, куда идешь.
***
Шахту колодца – неширокую дыру глубиной под двадцать локтей копали не холопы, а пленные. Нет, в окрестных деревнях нашлись бы свои колодезники, но пан Депольт Швиховский не хотел рисковать, выдавая информацию о своей тайне. «Знают двое, – знает и свинья, – говорил он мастеру Тревизано, подливая венгерского в его кубок. – Убивать их потом? Лучше уж пленные – все равно, что падаль. Руки у них есть, а как да чего, – это уж ты направляй».
Земля была каменистой, – еще бы, южный бастион, на котором заложили этот колодец, был частью горы, на которой построили твердыню.
Изначально пан Депольт вовсе настаивал на другом месте для замка: еще одна гора, безымянная и гораздо более высокая, была совсем рядом – и ближе к тому самом Вшерубскому перевалу, который надо было стеречь… Отговорили свои: кто-то из бойцов услышал, что местные считают то место проклятым, на что пан Депольт велел притащить в лагерь нескольких сивобородых стариков и учинил им допрос, – впрочем, без смертоубийства, а как положено доброму христианскому владетелю земель.
«Как есть проклято, ваша милость, – подтвердили старики. – Потому гору ту никто вслух и не называет: просто Гора и все. Сейчас-то там хутор стоит – почти на верхушке, а только живут они там плохо, а все потому что с нечистым знаются волею или нет. А под горою той, сказывают, пещеры тянутся до самого адского пекла, вот оттуда-то и выбирается всякое: то нетопыри, то лихорадки, то еще чегой-то. Там, у подножья Горы-то, как раз и выход имеется, оттуда ручей вытекает, а вода в нем ядовитая. А раньше там, под горой, все колдуны собирались сколь их есть в наших землях. Чтоб, значится, чары свои творить. Сейчас-то нет уж тех чар, перевелись, а кто есть, – тот с этой силой тягаться не станет: не те уж нынче колдуны…».
Пан Депольт слушал, подкручивая ус, а потом сам толмачил это мастеру на немецкий. Тот оставался доволен: как и его наниматель, в чертей он не верил (или знал, как с ними справиться), а вот пещеры могли пригодиться, – туда можно было вывести секретный лаз.
***
Место для колодца мастер показал сам, пройдясь по бастиону с «лозой» – загогулиной из прутьев. Пан Депольт смотрел да радовался: хорошо, не придется искать умельца, мастер сам все сделает, – а чем меньше народу узнает… Он и солдатам своим не говорил про ход: просто второй колодец на случай осады, нужная вещь.
– Мы с вами должны сходить на разведку, господин Депольт, – сказал венецианец хозяину замка, когда привезенные его солдатами пленные приступили к работе. – Должны осмотреть пещеру и то место, куда может вести ваш ход. Мне кажется, это самое сложное в нашем деле, – но не стоит брать с собой много воинов. Я слышал, такие места иногда обладают подобием своей воли и могут… эээ… даже прогневаться на слишком шумное и масштабное вторжение…
– Вдвоем пойдем, – перебил его сеньор. – Ты да я, а боле нам никого не надо, только пусть нас местный кто до того входа проводит. Будем идти, веревку разматывая, а у входа пару бойцов поставлю, – чтоб если мы за ту веревку дернем, то на выручку шли. Ты колдун знатный, тебе та нечисть на один зуб, да и я пока силен.
Сказано – сделано: уже на следующее утро важный господин в сопровождении двух бойцов, венецианского инженера и проводника из местных стояли у спрятанной в зарослях дыры в подножье высокого холма. Из дыры вытекал ручей, впадающий в крошечное круглое озерцо, из которого вытекало еще несколько ручейков поменьше. Мастер обмакнул пальцы в воду, – вопреки его предположениям, она была ледяная – словно талая, а не термальная.