Ру проводила его только до последнего поворота, от которого туннель вел прямо к каменной перегородке, и, прижавшись к земле, стала настороженно прислушиваться к долетавшим оттуда звукам.
Брекен, которому очень хотелось, чтобы она перестала волноваться, громко произнес:
— Это всего лишь изваяние, с помощью которого древние кроты отпугивали своих собратьев.
Он поднял лапу к совиному клюву и легонько царапнул его когтями, желая убедить Ру в правоте своих слов. Прозвучавший при этом скрежет походил на далекое эхо ужасных звуков, слышанных им прежде. Ру тут же зажала уши лапами, и Брекен поспешил отступить от камня. Он посмотрел на каменную сову и, к собственному удивлению, не почувствовал ни малейшего страха. За время, что минуло с тех пор, как он увидел другое каменное изваяние совы, Брекен изменился настолько, что, возможно, смог бы найти в себе силы вернуться в глубинные туннели и пройти Грот Темных Созвучий.
— Там живет гигантский крот? — спросила Ру.
— Там вообще нет кротов.
— Вот и неправда — там живет Крот Камня!
Покончить со слухами непросто даже их герою.
Было уже совсем поздно. Им следовало побеспокоиться о ночлеге. Брекен решил не оставаться в главной норе, поскольку туда в любую минуту могли заявиться Мандрейк и Рун. Они заняли туннели, находившиеся несколько западнее системы Халвера. К счастью, в них никто не жил.
Ру боялась оставаться и там, но Брекен пообещал ей задержаться на несколько дней и помочь привести эти брошенные туннели в порядок, так чтобы Ру смогла устроить в них свою систему. Незадолго до рассвета он проснулся и услышал ровное, спокойное дыхание Ру, спавшей у противоположной стенки. На сердце у него стало теплей, и он вновь заснул.
Ру относительно быстро оправилась от пережитых потрясений. Брекен помог ей закупорить несколько ненужных ходов и прорыть новые туннели и выходы, после чего система приняла жилой вид. Он использовал на практике свое искусство работы со звуком и формой, что позволило ему отрыть два необычайно широких туннеля, приятно поразивших Ру, которая уже начинала привыкать к тому, что у нее вновь появился свой дом. У этих туннелей было одно странное свойство — в них слышался шелест опавшей буковой листвы, хотя осень еще только начиналась.
И все-таки в воздухе что-то изменилось. Далекий запах осени... Ветер то и дело начинал играть с листвой буков и дубов, росших здесь же, на склоне, и тогда осень уже не казалась такой далекой.
Через три дня туннели стали выглядеть как новые. Ру внезапно спросила:
— Это, наверное, твои туннели?
Вопрос немало озадачил Брекена, которому подобная мысль не приходила в голову. Его будущее было связано с Древней Системой, сейчас же он занимался исследованием ее окрестностей — только и всего. Задавая этот вопрос, Ру, скорее всего, интересовалась тем, когда Брекен собирается уйти. Ею овладел инстинкт животного, охраняющего свою территорию. Она находилась у себя дома и хотела жить своим собственным домом. Брекену, во всяком случае, казалось, что она испытывает именно такие чувства.
Он все чаще поглядывал в направлении вершины, понимая, что пора откланяться. Ру с каждым часом нравилась ему все больше и больше — нервозность, снедавшая ее последние месяцы, сменилась здравомыслием и добродушием. Брекену было хорошо рядом с нею, пусть порой он явно мешал ей. В свое время Буррхед говорил ему о таких самках...
— Это, наверное, твои туннели?
Вопрос ждал своего разрешения. Конечно же нет. Ему хотелось немного подразнить ее, ответив на этот вопрос утвердительно, хотелось шутить и смеяться вместе с Ру, как некогда он смеялся с маленькой Уиттир, если рядом с их норой не было Буррхеда, запрещавшего любое веселье и игры.
— Нет. Они твои. Ты ведь и сама это знаешь, Ру...
— Да,— ответила она.— Да.
Она поднялась на лапы, беспокойно потопталась на месте, опять легла, и Брекен понял, что пришло время прощаться, даже если он этого не хочет.
Снаружи, над самым большим буком, росшим на верхних склонах, виднелось изменчивое сентябрьское небо. Иногда оно было ясным и синим, иногда — затянутым облаками и белым — то ли отголосок ушедшего лета, то ли глашатай грядущей осени.
— Ладно, я пойду...— сказал Брекен со вздохом и направился к одному из верхних туннелей системы. Ру молча наблюдала за ним. Она была рада остаться одна, поскольку ее подавляла его сила, о которой сам Брекен, по-видимому, и не ведал. Однако это была не физическая сила, а нечто совершенно иное. Что и говорить — более странных кротов она еще не встречала.