Я чувствую себя такой глупой, хотя за последние шесть недель я и не дала ему возможности думать о других девушках. Дэн мог бы быть с ними и в то же время со мной, за исключением того, что я не уверена, когда бы у него появился такой шанс, так как большинство ночей я провела в его постели. И, если честно, я не верю, что он мог бы так поступить со мной.
— Ты обзавелся девушкой? — Джерри, похоже, доволен тем, что кто-то, помимо него, возьмет на себя такие обязательства.
— Я вас умоляю, мой брат не заводит себе девушек, — возражает Сэм.
Дэн игнорирует этот разговор и сосредотачивает внимание на своей тарелке.
— Черт возьми, — от шока рот Сэм приоткрывается. — У тебя есть девушка?
Дэн все еще не отвечает, и я застываю на месте, напуганная, но с надеждой в душе, что он даст им всем знать, что это я пряталась у него.
— Кто она? — строго спрашивает Сэм. — Пожалуйста, скажи мне, что это не та блондинка, у которой не хватает несколько зубов. Она выглядит слишком отчаявшейся.
Я понимаю, о ком именно говорит Сэм. Наверное, она единственная девушка, с которой (это могли видеть все) Дэн регулярно общается на вечеринках и которую водит в свою комнату. Она симпатичная и чрезвычайно сексуальная. Я ее ненавижу.
— Это не она, — отрицает Дэнни.
На долгое время в комнате повисает тишина.
Первым говорит Мэддокс.
— Ты, блядь, можешь просто признать, что нашел себе девушку?
Дэн пожимает плечами, а мои внутренности начинают гореть.
— Должно быть, это чертовски хорошая киска.
Дэн зло смотрит на Мэддокса, и тот отступает на шаг назад.
— Никогда не говори так о ней.
В комнате снова становится тихо, пока все в неверии глазеют на Дэна.
— О. Мой. Бог, — выдыхает Сэм. — У моего брата появилась девушка, которую он защищает. Насколько все это серьезно и почему я узнаю об этом только сейчас? — она смотрит на меня в полной растерянности. — Ты можешь в это поверить?
Я отрицательно качаю головой, потому что я и не могу поверить в это. Дэниел Шепард считает меня своей девушкой. Неужели это сейчас происходит со мной?
Он проскальзывает мимо них с наполненной тарелкой.
— Когда мы познакомимся с ней? — спрашивает Прайс, пока передает нам наши напитки.
— Никогда.
— Где ты с ней познакомился? — с вызовом спрашивает Мэддокс, будто пытается подловить Дэна на лжи.
Дэн ухмыляется.
— В магазине мороженого.
Я пытаюсь скрыть свою собственную улыбку.
— В магазине мороженого? — переспрашивает Мэддокс, будто это какое-то вымышленное место. — Вам что, по двенадцать?
«Очень близко, — думаю я про себя. — По крайней мере, в прошлом».
Все парни начинают приставать к нему с расспросами, но он прерывает их.
— Оставьте это. Я закончил говорить об этом.
Они все выглядят, как дети, которым отказались покупать игрушку в магазине, но вместо того, чтобы устраивать истерику, они занимают свои места и начинают уплетать свою еду так, будто не ели несколько дней.
Мы с Сэм заканчиваем первыми, но только потому, что парни не остановятся, пока не съедят все до последней крошки. Мы идем в ее комнату.
Она падает на кровать.
— Я знала, что с ним что-то происходит. В последнее время он вел себя слишком странно.
Я пытаюсь вести себя как обычно.
— Как это?
— Я не знаю, слишком улыбающийся и счастливый.
Она правильно подметила, это не те слова, которые обычно используют, когда описывают ее брата.
Я сделала его таким. Я. Ханна Мэлоун.
Я сжимаю губы, запрещая им растянуться в крышесносной улыбке.
— Это немного странно. Я никогда не видела, чтобы мой брат относился к девушкам серьезно. Не знаю, что и думать.
— И не думай, — предлагаю я.
— Ага, наверное, ты права. Уверена, все это закончится раньше, чем мы узнаем об этом.
Любопытство берет надо мной верх, и, не сдержавшись, я задаю вопрос:
— Почему ты так думаешь?
— Я не знаю, — она пожимает плечами, какое-то время обдумывая ответ. — Я так же думала и о Тэге, но посмотри на него, он — влюбленный глупец, — говорит она с гордостью. Одно упоминание его имени, и ее мысли меняют свое направление. Видеть мою подругу влюбленной, ранит меня почти так же сильно, как и быть с Дэнни, но я слушаю все эти потоки, которые изливает Сэм о таких сладких моментах, как например, что сказал и что сделал Тэг.
Мы остаемся в ее комнате дольше, чем обычно, погруженные в разговор, и когда, наконец, мы присоединяемся к остальным, дом просто забит людьми. Обычно можно спокойно перемещаться вокруг, но сегодня вечером, куда ни повернись, тебя окружают людские тела. Без сомнения, это одна из самых больших вечеринок в этом доме. Я виню в этом середину лета, а вместе с этим и скуку.