— Поверь мне, вы бы не захотели, — от моего высказывания Джош хмурится. Я продолжаю, не давая ему времени обдумать это. — У тебя есть что-то, что может сорвать сделку?
Он сжимает мою руку.
— Я не думаю, что ты способна хоть на что-то, что изменит мое мнение о тебе.
И что я должна на это ответить? К счастью, мне не приходится придумывать ответ, потому что он открывает дверь со своей стороны, чтобы выйти.
— Пошли обедать. Я проголодался.
Обед, на удивление, проходит хорошо. Джош хорошо ладит с Челси и ее мужем, как, похоже, и со всеми остальными. Я замечаю, что все это время я по-настоящему улыбаюсь и хорошо провожу время. Нет, зачеркните это, я великолепно провожу время. Вот черт.
Глава 18
Я ощущаю себя так, как ощущает себя человек, за которым наблюдают, и я никак не могу избавиться от этого чувства. В конечном итоге, оно становится таким сильным, что, когда мы поднимаемся в церкви для пения, я тайком оглядываюсь через плечо.
Моя челюсть отвисает — через несколько скамеек позади меня сидит Дэнни, буравя меня своим взглядом. Я резко отворачиваюсь, мое сердце начинает биться в два раза быстрее. Что он здесь делает?
Когда мы садимся на свои места, я снова украдкой смотрю в его сторону, только чтобы удостовериться, что я его не придумала себе.
Ага, он определенно здесь. В костюме. Я даже не думала, что у него есть выходной костюм.
Я перевожу взгляд на Сэм, чтобы посмотреть, заметила ли она его, но она занята тем, что притворяется, что слушает. Кроме того, если бы она его заметила, уверена, я бы об этом услышала.
Мое сердце продолжает бешено биться в груди. Это, должно быть, даже видно сквозь мою одежду, как в мультиках, когда оно, увеличиваясь, выскакивает наружу, а потом возвращается на место. Прямо сейчас я благодарна, что это реальная жизнь и никто не будет интересоваться, почему мое сердце продолжает каждые полсекунды так сильно бить по затылку бедного мистера Андерсона.
После службы я делаю все возможное, чтобы Сэм не заметила Дэнни; по крайней мере, до тех пор, пока я не выясню, зачем он здесь.
Я сканирую толпу, но больше его не вижу.
Я вынуждена остановить свои поиски, когда отец подводит нас к Нельсонам.
— Здравствуй, Ханна, — приветствует меня Джош.
— Привет, — рассеянно отвечаю я, слишком погрязшая в размышлениях о том, зачем Дэнни пришел сюда и куда он мог уйти.
Джош продолжает наш маленький разговор, и мой мозг переходит в режим автопилота, чтобы отвечать на его вопросы, вряд ли я смогу рассказать о чем мы вообще говорили.
— Что с тобой? — шепчет Сэм, стоя рядом со мной, когда Джош отвлекается на очередного поздоровавшегося с ним посетителя церкви. — Ты ведешь себя странно.
Я слишком отвлечена, чтобы ответить, потому что замечаю Дэнни, который прячется в тени пианино, наблюдая за нами. Он одет так же, как в тот день, когда Сэм исполнилось восемнадцать и она собиралась идти в клуб. Дэнни все время держится в стороне и следит за нами, будто он какое-то сумасшедшее животное, готовое наброситься на свою жертву. Это мне в нем не нравится и обычно это ведет к неприятностям, вроде той драки, из-за которой нас выгнали из ночного клуба, потому что какой-то парень слишком распускал руки. Несмотря на то, что Сэм разозлилась на своего брата, я втайне была рада, потому что мне было некомфортно находиться в том месте. Сейчас, когда я об этом думаю, то вспоминаю, что Тэг тоже был довольно зол. Они ругались всю дорогу, пока мы ехали домой, будто мы улизнули из дома и им пришлось ехать забирать нас. Я на самом деле наивна. И чувствую себя намного лучше, потому что, очевидно, Сэм такая же наивная.
— Мне нужно в дамскую комнату, — говорю я через плечо, увиливая от ее вопроса.
Как бы сильно я ни хотела посетить уборную, я трачу свое время на то, чтобы пройти дальше и выйти за дверь, затем сворачиваю налево дальше по коридору. Я жду в конце коридора, надеясь, что Дэнни последовал за мной.
Спустя тридцать секунд Дэнни направляется в мою сторону, но не той своей обычной скучающей походкой, нет, эта походка угрожающая и я уже жалею о том, что Сэм находится не здесь; не помешало бы подкрепление.
Мне приходится напомнить себе, что это Денни; он никогда не причинит мне боль, даже несмотря на то, что его взгляд свидетельствует об обратном.
Я бегу в уборную, но он следует за мной, запирая дверь за спиной.
Я на сколько могу понижаю голос, скрещиваю на груди руки и шиплю:
— Что ты здесь делаешь?