Он кивает головой в сторону.
— Мне нужно было его увидеть.
О.
Я отступаю назад, не совсем уверенная, как на это реагировать.
— И?
— И, — Дэн делает шаг ближе ко мне, оттесняя меня к раковине, отчего та врезается мне в поясницу. Он хмурится, его лицо медленно приближается, и я могу почувствовать его злость. — Он одет в вязанный жилет и штаны цвета хаки, — Дэн выпускает смешок, хотя настроение в комнате какое угодно, только не забавное. — Ты же понимаешь, что фактически встречаешься со своим отцом?
Я это понимаю. Я знаю, что это по большей части главная причина, почему отец выбрал его.
У меня остается все меньше времени, и прежде, чем кто-то пойдет меня искать, я пытаюсь оттолкнуть Дэнни в сторону.
— Ты должен уйти.
Он вжимается в меня, ограничивая движения моего тела.
— Не сейчас. Не раньше, чем я напомню тебе кое о чем, — он сжимает рукой заднюю часть моей шеи и прижимается губами к моим губам. Он соблазняет меня своим ртом, его язык крутится и играет с моим так, что мои колени слабеют. Я сжимаю его руки, когда поцелуй становится глубже.
И только, когда я начинаю теряться в нем, он отстраняется на столько, что его губы едва касаются моих.
— Думаешь, он сможет поцеловать тебя так же?
— Нет, — отвечаю я, мои глаза все еще закрыты.
— Покончи с этим.
Мои глаза резко открываются.
— Покончи с этим, Ханна, — нажимает он. — Будь со мной.
— Я и так с тобой.
Дэн трясет головой.
— Нет, не полностью. Мне нужно больше. Мне нужно, чтобы ты была моей.
— Я не могу, — молю я. Он знает мою семью. Они бы никогда не приняли его.
— Ты можешь.
— Нет. Моя семья не позволит этому произойти.
— К черту это, Ханна, — выплевывает он. — Чего хочешь ты?
Тебя. Навсегда.
— Пожалуйста, — снова умоляю я, потому что то, чего я хочу, никогда мне не позволят иметь. — Не здесь. Не сейчас.
— Я больше так не могу. Я не буду другим парнем.
— Ты не другой. Мы с ним едва прикасаемся друг к другу.
— С кем, все думают, ты встречаешься? — с вызовом спрашивает Дэн.
Я сглатываю.
— С Джошем.
— Они знают обо мне?
Я закрываю глаза и отрицательно качаю головой. Я знаю, к чему он ведет.
— Тогда я другой парень, — он прижимается своим лбом к моему. — Сделай меня единственным парнем. Я хочу быть твоим парнем.
Почему он так поступает со мной прямо сейчас?
— Пожалуйста, не заставляй меня делать это.
Дэн делает шаг назад и тянет себя за волосы, и я могу видеть боль в его глазах.
— Я думал, что смогу так, но я не могу, — он указывает большим пальцем себе за спину. — Я не могу наблюдать, как какой-то другой парень смотрит на тебя так, в то время как я не могу находиться рядом с тобой, чтобы дать понять, кому ты принадлежишь. Поэтому, когда ты сможешь это сделать?
— Я не знаю. Это не так просто.
— К черту это, — отвергает он мой ответ. — Ты или будешь моей и только моей, или не будешь. Это твой выбор.
И как только он выходит, из моих глаз начинают литься слезы.
Почему он не может понять, как все это для меня ново? Если выберу его, я знаю, это будет означать, что моя семья будет страдать, и это разрушит наши отношения. Я задумываюсь.
Это также будет означать, что у меня будет Дэниел Шепард.
От этой мысли мое сердце болит меньше, а отчасти даже начинает напевать от радости. Это ясно дает мне понять, каким должен быть мой ответ, но, к сожалению, в реальности все не так просто. Как я должна делать выбор между своей семьей и Дэнни?
У меня тяжело на сердце.
Не важно, какой выбор я сделаю, я все равно потеряю людей, которых люблю.
Я вытираю слезы, которые продолжают литься, и делаю единственное, что мне в этот момент приходит на ум — я начинаю молиться.
— Пожалуйста, Боже, помоги мне найти правильные ответы.
— Я хочу делать так, как будет правильно по отношению к Тебе и моей семье, но мое сердце… — я вздыхаю, сжимая руки вместе и откидывая голову назад, как делала это, когда была маленькой. — Мое сердце хочет того, чего не должно хотеть. Того, что моя семья не одобрит. Но зачем тогда было посылать в мою жизнь Шепардов, если они не смогут быть частью моей жизни?
— Возможно, для урока? — я пожимаю плечами, продолжая смотреть вверх. — Но все, что я выучила, это как сильно я хочу, чтобы они были в моей жизни. И если быть честной, это показало мне, что я не хочу того же самого от своей семьи.
— Определенно, не этого Ты бы хотел для меня. Чтобы я ослушивалась своих родителей? Все, чему меня учили, говорит мне быть послушной.