Ой. Как в замедленной съемке я наблюдаю за тем, как любимые сладкие шарики сползают вниз по чьей-то коричневой, к слову - фирменной, футболке, оставляя за собой белый след, а потом красиво приземляются на чьи-то ноги, обутые в летние шлепки, к слову, кожаные. Ой, и еще раз - ой.
Полный аут, как сказал бы мой папуля. Надо извиняться и делать ноги.
Поднимаю глаза и натыкаюсь на ошарашенный взгляд того самого красавчика из очереди. Ущипните меня! Этого не может быть.
- Девушка, это вы мне мстите так??? – выгнув одну бровь, раздраженно и подозрительно тихо говорит он.
Вот теперь красавчик точно смотрит только на меня неповторимую, долго и внимательно. Добилась таки, чего хотела.
Какие красивые голубые глаза.
Мне кажется, что под его хмурым взглядом я начинаю физически уменьшаться в размерах. Странно, но постепенно, вместо злости, возмущения и шока, в глазах парня начинают плясать смешинки.
- Яяя, эээ, нуууу, - это все на что я сейчас способна, стыд и страх не дают мне связно мыслить. А уж когда этот принц, хитро прищурив глаза, начинает прямо тут грациозно снимать свою измазанную футболку, я просто превращаюсь в статую. Медленно наклонив голову вправо, с открытым от шока ртом, откровенно и с большим интересом рассматриваю представшее передо мной видение – «Давид» Микеланджело, ни меньше.
Парень, глядя прямо мне в глаза, медленно комкает свою футболку и, не отрывая от меня грозного взгляда, метким попаданием отправляет ее в урну. А потом, уперев руки в боки, очень выразительно смотрит на свои ванильные ноги. Как будто подсказывает мне, что с грязной футболкой он сам разобрался, а вот с ногами и обувью - моя очередь.
Моя нервная система совсем сдает, потому что, насмотревшись на всю эту красоту, я произношу не своим голосом:
- Без футболки значительно интереснее... Но вы зря ее в урну закинули. Надо было сначала вытереть этой найковской футболкой ноги и обувь, а уже потом выбрасывать.
В этом месте мой мыслительный процесс начинает свою привычную работу, я соображаю, чего только что наговорила и испуганно пискнув «Извините», быстро скрываюсь с места преступления.
Полакомилась мороженкой вдоволь. Как теперь развидеть это лакомство?
Глава 5.
Макс.
- Ого. Ты выменял мороженое на футболку? - удивляется сестра, высунув свой нос в окно машины.
- Нет.
- Хм, тогда решил подзаработать и продал фирмач на вокзале по спекулятивной цене?
- Опять нет, – хмуро кошусь на любопытную сестру и сажусь за руль.
Я сейчас очень не в духе. Еще чуть-чуть и пойдет пар из ушей.
- Аа, ты решил податься в фотомодели и чтобы тебя быстрее заприметили, иногда щеголяешь голышом в общественных местах?
- Нет! Можешь не задавать глупых вопросов?
- Конечно же не могу. Колись давай?! Ну, Максимушка, Максик, Мааакс, - прилипала, а не сестра.
- Не ерничай. Найди мне в сумке какую-нибудь одежду, тогда расскажу, - сзади слышится интенсивное копошение, и через минуту я натягиваю на себя помятую рубашку. Все ж лучше, чем в грязной и липкой футболке. Делаю все медленно, специально тяну время, чтобы мелкая поёрзала. А заодно, пытаюсь остыть. Что это за недоразумение вообще было сейчас на вокзале?
- Ну??? – Арине просто не терпится.
- Ладно. Но пообещай, что не будешь прикалываться.
- Как можно, брат? - Арина строит серьезную мину. - Я ж твоя поддержка и опора в трудный час.
Ну-ну, лиса хитрая.
- Я купил тебе мороженое и отошел в сторонку. Решил подождать Кирилла, а заодно и посмотреть трассу на карте. Неожиданно в меня врезалось какое-то чудо в пижаме. И, наверное, в наказание за то, что я стоял на пути, она решила измазать мою футболку двумя порциями ванильного мороженого, которое потом благополучно свалилось на мои ноги и растаяло там. Как я добрался до туалета и отмывал там ноги и сланцы, лучше не вспоминать.
Громкий, заливистый смех на всю машину. Ну конечно, кто бы сомневался.
- Да ты ж мой сладенький, – сюсюкает моя "поддержка и опора", поглаживая меня по голове.
- Мелкая. Не нарывайся.