— Во-вторых, их поселили рядом с нами, выселив наших соседей в коттедж. Даже если они здесь по большому блату, так в коттедж просто поселили бы их, правильно? Им зачем-то надо жить рядом с нами, и они сумели воздействовать на администрацию лагеря. Значит, денег у них хватает.
— Денег точно хватает, это заметно. Хорошо. В-третьих, ночью в определенное время на один час они ходят в поселок. В-четвертых, подслушивают потом у нас под дверью. Надеюсь, сейчас они не там?
Я вскочила и слегка отдернула занавеску, прикрывающую дверное стекло. Нет, пусто.
— В-пятых, — продолжила Настя, — они каждый день ходят к нам. Играю в преферанс я нестандартно, и Рому иногда просто передергивает от моих ходов. Тем не менее терпит. Зачем? Ведь есть же Игорь — третий партнер.
— Игорь, как и я, не любит преферанса. И вообще, давай оставим их в покое. Может, они просто со сдвигом? Ну, чего надо от нас аферистам? Карточные шулеры, что ли? Так вы играете без денег. А если брачные аферисты, так не на тех напали. Приданого у нас в помине нет. И вообще ничего нет! Может, им нравятся наши интеллектуальные беседы?
— Кстати, о беседах. В-шестых, они иногда очень внимательно слушают наш треп. Ну, про врагов или «товар-деньги-товар».
— Еще бы не внимательно, — засмеялась я. — Ты им объясняла нашу терминологию? И я нет. Они просто интересуются, не поехала ли у нас крыша, вот и все. Хватит! Я спать хочу!
Возможно, меньший по сравнению с Настей мой интерес к загадкам соседей объяснялся тем, что голова моя была забита другими проблемами, тесно связанными друг с другом, — питания и финансов. Видимо, эти проблемы ясно отражались на моем внешнем виде. По крайней мере, как-то раз при встрече Артем вдруг сунул мне в руку увесистый сверток и, смущаясь, произнес:
— Тебе, девка! Бери!
— Что это? — изумилась я.
— Обед мне жена навернула. А меня на кухне покормили. Мне не надо.
— Спасибо, но я не могу…
— Бери! Смотреть тошно: такая ядреная была, а тут с тела спала.
Настя стояла в стороне, держась за бока от смеха. Артем быстро сбежал, и я осталась с оригинальным подарком. В пакете оказались бутерброды с сыром и колбасой. Вечером я попыталась-таки вернуть их владельцу, но обида его была столь велика, что я махнула рукой на свое человеческое достоинство, и мы с Настей их дружно съели. В конце концов, если я продаюсь за полшоколадки, чем хуже пара бутербродов?
Вторая проблема тоже проявилась самым неожиданным образом. Когда меня попросили настроить гитару, я, чтобы опробовать ее, стала наигрывать и по привычке напевать на мотив «Ой, цветет калина». Заметив, что Настя внемлет мне чересчур уж сосредоточенно, я прервала свое занятие и полюбопытствовала:
— Что-то не так?
— Интересно, ты вдумываешься в то, что поешь?
— Нет, а что?
— А ты послушай. Оно того стоит.
Я попыталась, но у меня ничего не вышло.
— Если я вдумываюсь, то не знаю, что петь. А что я пела?
— Я запомнила только один куплет, — честно призналась подруга. — Но текст потрясающий. Все прохожие столбенели. Что-то вроде:
«У меня нет денег, где бы денег взять?
Лучше б поскорее мне могли их дать!
Мне дадут их скоро, знаю наперед.
Вот и вся афера, завтра новый год».
— Хорошо, — без ложной скромности согласилась я. — Жаль, что остальные куплеты утрачены. А деньги мне и впрямь скоро привезет Света. Она завтра приедет.
— Завтра — новый год, — ехидно вставила Настя.
— Не придирайся! Художник имеет право на поэтическое преувеличение. Я так вижу!
Приезда Светы мы ждали с нетерпением, и, разумеется, не только из-за денег. Она явно внесет в наше несколько однообразное существование новую, живительную струю.
И вот Света появилась, в новых бирюзовых шортиках, уверенная и энергичная. Мы ждали ее у ворот лагеря.
— Загорели! — с завистью констатировала она вместо приветствия. — Я должна вас догнать. Буду чернее Насти.
Света была фанатиком загара. В отличие от нас, солнца она не боялась абсолютно и жарилась на пляже весь день, изредка окунаясь в воду.
— Ну, как вы без меня? Небось скучали? Ни с кем так и не познакомились? Ну, ничего. Тут есть симпатичные мальчики, скучать не будем.
— Да мы уже познакомились, — небрежно бросила Настя. — Точнее, с нами познакомились. Проходу не дают! Кстати, одного можем тебе уступить. Их трое.
Света перевела взгляд на меня.
— Она шутит?
— Скорее преувеличивает.
— Преувеличивает… неужели их всего двое?
Я поспешила ее успокоить.
— Трое, причем один высокий. И, наверное, даже красивый. Только все время молчит.
— Гениально! — выдохнула Света. — То, что доктор прописал. Как зовут?