— Классно целуешься, Клубничка.
— А вот тебе нужно еще поработать над этим, — ну кого я обманываю, серьезно. Просто мне почему-то так неловко, что я не знаю куда себя деть.
— О нет, я прекрасен. И ты это знаешь, — с этими словами он подхватил меня на руки, и начал кружиться на месте.
— Эй, ты чего, Егор! Поставь меня на место, уронишь же, — хоть с виду я и протестовала, но это было так весело и приятно, что я старалась прочувствовать каждое мгновение.
— И опять ты врешь. Тебе нравится, — он, смеясь опустил меня на землю, и притянув к себе, посмотрел в мои глаза, — я согласен, Клубничка.
— На что? — я реально не помнила ничего, что было до поцелуя. Как будто моя жизнь полностью обнулилась.
— Я согласен быть с тобой всегда. Как там было? И в горе, и в радости. В болезни и здравии. Я готов купить тебе все книги мира, если это сделает тебя счастливой. Я готов целыми днями печь тебе самые вкусные пирожки только для того, чтобы видеть твою улыбку. Я готов встречать и провожать тебя каждый день, только чтобы быть с тобою как можно дольше. Я готов защищать тебя, потому что я всегда буду на твоей стороне. Я готов стать твоей опорой, чтобы ты всегда могла на меня положиться. Я слишком долго тянул с этим признанием, Клубничка. Мне было страшно, что ты будешь насмехаться надо мной и моими чувствами. Я потерял слишком много времени, и теперь не хочу больше упустить ни минуты.
Как будто тысячи хомячков запищали внутри меня от счастья. Это было так красиво и искренне, что я даже не пыталась найти таких же красивых слов, чтобы выразить то, что чувствую.
— Я люблю тебя.
Да, вот так просто. Три слова. Три слова, которые я никогда и никому не говорила. Три слова, которые могут либо разрушить все, либо создать нечто прекрасное. Три слова, которые навсегда меняют твою жизнь. И я произнесла их. Первая. И мир не рухнул, как я всегда думала. И жизнь не остановилась. Я так же стою в объятиях самого ненавистного и лучшего парня одновременно, и понимаю, что этот момент сохранится в моей памяти до конца жизни…
— И я люблю тебя, Клубничка.
…и мы будем рассказывать об этом нашим детям, как о самом прекрасном лете в нашей жизни. Или я поторопилась?
И снова поцелуй. И теперь это все кажется таким обычным. Словно так было всегда.
— Помниться мне, мы пришли на танцы, — сказала я, когда мы в обнимку двинулись в сторону дома.
— Помниться мне, ты как-то сказала, что не будешь со мной никогда.
— Ой, а не ты ли сказал тоже самое? И вообще, насколько я помню, мы сказали это одновременно.
— Я всегда тебе нравился. Признай.
— Ты настолько сильно меня бесил, что каждый день рождения, когда я задувала свечи, моим желанием было чтобы ты перевелся из нашей школы.
— Врешь.
— Вру. Я загадывала щенка.
— Как-то твои желания хромают. Загадывала щенка, а получился кот.
— О, это забавная история. Я тебе обязательно расскажу об этом.
— Я запомнил. Позволь пригласить тебя на танец? — он остановился, и развернув меня к себе, протянул руку.
— Что? Прям тут? На дороге? Не проще ли дойти до ангара и…
— Я хочу провести этот вечер только с тобой, без всякий толкающихся школьниц и пьяных подростков. К тому же, — он прислонил указательный палец ко рту, заставляя поймать тишину и прислушаться. И только после этого я услышала музыку, которая все еще играла.
— Ну раз так, — приняв его приглашения, я сделала реверанс, и взяв его руку, положила свою на его талию. Он сделал тоже самое, сократив дистанцию, между нами, до минимума, и мы начали кружиться на месте. Это было какое-то подобие вальса, только в довольно хромом исполнении. Но это был наш танец. И для меня все было прекрасно.
— Тссс, ты слышишь? — я прислушалась к словам песни, которая заиграла. Да ладно. У них что там ностальгический вечер?
— Слышу, но не пойму. Ты знаешь эту песню?
Если ты захочешь обо мне сейчас узнать
Я буду рядом с тобой
Может, слишком поздно, может, рано опоздать
Или бежать за тобой
— Ты что, никогда не слышал Ранеток? Это же классика! Но я очень удивлена, что их сейчас включают. Я думала, что это давно забытое прошлое. Я тебе обязательно про них расскажу. Был еще сериал, и…