— Неужели вы определились с датой? Разве не слишком рано?
— Когда тебя просят такие люди, варианта отказать не существует, Широ-кун, — покачал головой мужчина. — Поэтому что бы ты не задумывал, прошу, не забирай принцессу на долгое время.
Между нами воцарилась тишина.
— Вы знали? — спросил я заинтересованно. Признаться честно, я не сильно удивился. Танака был человеком проницательным, и работал с ней несколько лет, неудивительно, что он мог что-то заметить. Но я подозревал, что причина была в другом.
— Я дружил с её покойным отцом, — признался тихо режиссёр. — Именно он помог мне встать на ноги и поддержал на первых порах, несмотря на свою занятость и проблемы в стране. Сосетсу-сама как никто другой понимал важность культурного развития и прогресса… Разумеется, я помнил его дочь, хоть я и покинул страну, когда она ещё была несмышлёной.
— И вы ничего ей не сказали?
— Зачем бередить старые раны? Тем более, что Коноха обещала мне, что рано или поздно, но они помогут ей вернуться домой.
Вот как. Значит именно через него Лист присматривал за принцессой? Но почему так долго откладывали помощь? Учитывая, что я нарушаю эти планы, мне хотелось бы знать подробности… Но сомневаюсь, что Танаку в них посвящали.
— Боюсь, они с этим опоздали, — сказал я ему. Увидев его редкое ошарашенное лицо, я слегка ехидно улыбнулся. — Дото скоропостижно скончался от несчастного случая.
— Ч-что с ним случилось?
— Он упал шеей на мой меч.
Танака зашёлся хохотом, привлекая внимание окружающих, которые, впрочем, быстро вернулись к своим делам, привыкшие к странностям начальника. Лишь Коюки кинула мне вопросительный взгляд, на что я отрицательно мотнул головой.
— Понятно-понятно, — сказал Танака, отдышавшись после приступа смеха. — Упал шеей, ха-ха, нам надо попробовать тебя в комедии, Широ-кун!
— Не уверен, что у нас будет для этого время, режиссёр, — покачал я головой.
— Только не говори, что собираешься бросать актёрство! Закапывать твой талант в землю будет просто кощунством! Преступлением!
— Как минимум не в ближайший год, Танака-сан, — покачал я головой с сожалением. Работа действительно пришлась мне по душе, чего греха таить. Обычная, деловая суета, приятная рутина, в которой ты разбираешься, наши игры с Коюки… Но мне нужно было многое успеть, прежде чем у меня появится достаточно свободного времени для подобных хобби.
— Я заметил, ты не сказал «никогда» и «ни за что». Значит, шанс всё ещё есть! Я буду ожидать с нетерпением! — воскликнул Танака воодушевлённо, сжав победно кулак. После чего будто опомнился, поправил небрежным движением сползшие очки, и обеспокоенно добавил: — Но прошу, верни Коюки-сама до дедлайна! Иначе, боюсь, встретимся мы только в том случае, если ты придёшь навестить наши могилки!
— Вы сгущаете краски, Танака-сан, — сказал я, недоверчиво на него посмотрев. Могилки? Серьёзно?
— Мы говорим о мадам Сидзими! Мадам Сидзими! — повторил он с выражением, будто это мне что-то говорило. Посыл, впрочем, до меня дошёл.
— Как вариант, вы можете отправиться в страну Снега с нами за компанию, — предложил я, пожав плечами. — Там сейчас должно быть спокойно. А нашему технарю не придётся переплачивать за дорогие детали.
— Кхм. Это идея, — задумчиво почесал подбородок мужчина. — Но что насчёт… Шиноби?
— Рога и его подручные из бывшей Юкигакуре теперь работают на меня, — оповестил я его, усмехнувшись.
— Тогда, полагаю, проблем не возникнет, — выдохнул Танака с облегчением, заставив меня в удивлении поднять бровь.
— Вы настолько доверяете мне?
— Возможно, по мне незаметно, но я немного разбираюсь в людях, — сказал он, улыбнувшись и поправив очки, сверкнув бликом линз. Явно тренированный жест, но я оценил. — Поначалу, конечно, пришлось уповать на судьбу. К сожалению, у меня просто нет достаточно быстрого ответа на внезапно появившегося компетентного шиноби, пока я не найму очередную команду. Но я заметил твой талант, то, с каким упоением ты отдаёшься роли! Тайны, закопанные в глубине твоих глаз! Флёр трагичного героя! Такой занимательный человек просто не мог оказаться плохим! — зашёлся он пламенной речью.
…Как я уже упоминал, он был чудаком, разделявшим всех людей на две категории: «интересные» и «скучные», в его голове заменявшие «хорошие» и «плохие». Здравая логика обходила его стороной.
— Даже когда я сблизился с принцессой? — спросил я наконец.