— Особенно когда ты сблизился с ней! — подтвердил он, широко улыбнувшись. — Не думай, что я не заметил, как ты ей помогаешь! То, чего у меня не вышло сделать за все эти годы, — добавил он устало, внезапно поникнув. — Я не могу передать всю свою благодарность, которую испытываю к тебе, наблюдая за радостной и активной Коюки-сама. Я… к своему стыду, я опустил руки, приняв поражение.
— Я уверен, что она сама бы смогла прийти в норму, — ответил я дипломатично.
Танака лишь печально покачал головой.
— Не нужно лишней скромности, Широ-кун. Мы оба знаем, что это неправда. Поэтому я уверен, что с тобой рядом она будет в безопасности. Какие бы планы на неё ты не имел, зла ей ты не желаешь. Это самое главное.
Мне бы вашу уверенность, режиссёр…
— Значит, вы приняли решение? — спросил я на всякий случай.
— О да! Мы будем готовы к путешествию, как только доснимем твои сцены! Охх, столько идей, столько возможностей! Придётся переписать финальный акт под снежные локации, обеспечить всех тёплой одеждой и найти комфортное судно… Широ-кун! — обратился он ко мне внезапно, погрозив пальцем. — Не думай, что я позволю тебе отлынивать просто потому, что благодарен! Кино не знает полумер!
— Конечно, режиссёр, как скажите, режиссёр, — ответил я с шутливым салютом.
Кинув взгляд на Коюки, в данный момент воодушевлённо о чём-то щебетавшей с актрисой второстепенного плана, я принял решение. Смысла медлить и дальше не оставалось. Принцесса прекрасно справилась со своей задачей, а значит, что настало время раскрыть карты.
Надеюсь только, что последняя неделя моих съёмок не превратится в парад неловкостей.
Глава 23
Для нашего разговора мы выбрали кафе с приватными кабинками и видом на парк. Атмосфера в них создавалась уютная и интимная, и Сандаю ни за что бы ни оставил нас вдвоём на такой отчётливой симуляции свидания, ноя про правила приличия, «где он, а где вы» и прочую ерунду, но к счастью, у него никто не спрашивал, и по обоюдной договорённости я похитил принцессу прямо из её номера. Очередное принцессное достижение получено.
Коюки с любопытством наблюдала за моими манипуляциями с фуин, которые я лепил на различные поверхности, и даже почти смогла сдержать свою испуганную реакцию на ожившие строки символов, поползших по стенам. Спустя пару секунд те исчезли из вида, скрывшись от посторонних глаз, и девушка украдкой с облегчением выдохнула. Я сделал вид, что не заметил.
— Что ты сделал? — спросила она с опаской. Забавный выверт психики, но она словно вырезала меня из определения «шиноби», навевающего страх и бередящего травму у себя в голове. Даже сейчас она боялась моих печатей, но не меня самого. Хороший знак.
— Защита от прослушки, — не стал вдаваться в подробности я. Я постоянно переписывал эту Историю, дополняя и редактируя, поэтому озвучивать весь список её эффектов ленился, говоря откровенно. Да и ни к чему ей эта информация.
— Охх, неужели ты наконец посвятишь меня в свои тёмные, грязные, смертельно опасные секреты ниндзя? — спросила она с игривой интонацией, чуть ли не вибрируя от предвкушения.
Что-то новенькое. Кажется, она разбудила в себе дремлющую сплетницу в процессе выполнения моего задания.
— Ты смеёшься, но это недалеко от правды, — ответил я, усаживаясь поудобней. Чуть помедлив, достал свою трофейную кисеру. — Ты не против? — спросил я, кивком указав на чёрную с золотом трубку.
— Впервые вижу тебя курящим… Но по какой-то странной причине, кисеру идёт тебе к лицу, — прокомментировала она, осматривая меня, будто арт проект. — Я не сильно жалую дым обычных сигарет, но кисеру, насколько знаю, дымят не так сильно.
— Мои печати отфильтруют воздух, я больше спрашивал про запах, — пояснил я, и, получив положительный ответ, закинул горошину табака в чашу, щёлкнул по мелкой печати на ней, служившей моим заменителем спичек, и медленно затянулся, расслабившись. Откинувшись на спинку дивана, прикрыл глаза.
— Может, ты ещё и в Кодо, искусстве благовоний разбираешься? — спросила принцесса заинтересованно. Я неохотно разлепил один глаз, осуждающе глянув на неё.
— Немного, — ответил я после паузы. — Моя наставница объяснила мне базовые вещи, но большую часть времени мы… Были заняты немного другим. Да и недолго наши уроки продлились. Пару недель от силы.
— Почему? Тебе это оказалось не интересным?
— Она умерла. От моей руки, — пояснил я, после чего затянулся снова, воспользовавшись её молчанием. Этот сорт табака помогал расслабиться, и я старался не употреблять его регулярно. Вредные привычки легко въедаются в твоё жизнь, если ты им это позволяешь.