Девушка попыталась дать мне подзатыльник, но чуть не поскользнулась и передумала, раздражённо цокнув языком. — По тебе и не скажешь. Слишком по-взрослому говоришь. Странный ты, Хаку. …Постой, постой, у меня что, есть родственники?! — спросила девушка с внезапно зажёгшимся огнём в глазах.
— Долго же до тебя доходило, — покачал я головой со смешком. — Родственник. Один, по крайней мере в Конохе. Ему должно быть около десяти лет.
Хонока застыла, но потом догадалась, разочарованно застонав.
— …Точно, ты же сказал, что джичуурики были из Узумаки. Значит, второй погиб при запечатывании? Облом. …Но это выставляет Хокаге не в лучшем свете, да?
— Именно. Словно единственные Узумаки, которых он может вытерпеть, это критично важные для деревни Джинчуурики Девятихвостого, потому что сдержать зверя могут только твои соклановцы.
— Тогда почему меня пытались убить, а не, а не… Нутыпонял… — замялась девушка.
— Кто знает? — пожал я плечами. — Думаю, агенты Корня просто не опознали тебя, как члена клана. Не все красноволосые люди это Узумаки, знаешь ли. А может, они просто следовали абсолютному приказу. В таком случае они бы не смогли принять автономное решение изменить параметры миссии и отклониться от своей главной цели. Всё может быть. Кстати, мы почти пришли.
Я остановился перед решёткой, и снял печать с прутьев, служившую моей подстраховкой. К счастью, она мне не потребовалась. Черноволосый, излишне бледный мальчик с мёртвыми глазами сидел на кровати, молча наблюдая за нами. На его груди висел девайс, точными электрическими импульсами мешавший телу формировать чакру.
— Ты уверен, что он на нас не накинется? — опасливо спросила Хонока, выглядывая у меня из-за плеча.
— Сейчас он не сильно опасней шустрого ребёнка, — ответил я, подойдя к Саю. — Ты сама способна скрутить его в бараний рог.
— …Мне лестно, что ты такого высокого мнения обо мне, но я прошла лишь базовую подготовку у родителей. Меня даже генином назвать можно лишь с натяжкой, — сказала девушка, слегка порозовев и отведя взгляд.
— Его чакра полностью нейтрализована, так что тебе хватит и этого минимума. Сейчас этот мальчик совершенно…
Маленькая металлическая игла вылетела изо рта Сая, но я поймал её ленивым движением руки. Даже если бы я позволил ей долететь, она бы не причинила мне вреда, слишком слаб оказался плевок без усиления чакрой.
— …Безопасен, — с улыбкой подытожил я, заиграв иглой пальцами.
— …У нас с тобой разные понимания данного слова, — скептически заметила Хонока, отойдя на шаг.
— Брось, он бы и поцарапать тебя не смог, — отмахнулся я, присев на корточки перед мальчиком. — Ну что. Поговорим?
Сай не ответил, продолжая смотреть на меня пустым взглядом, но я заметил, как дёрнулись его мышцы. Данзо не смог полностью выбить из него эмоции к моменту его встречи с Наруто, когда им было по шестнадцать. Сейчас мальчику должно быть десять-одиннадцать лет. Даже его названный брат вряд ли успел умереть.
— Что ты вообще от него хочешь? И зачем тебе здесь нужна я? — спросила девушка, пристально следя за Саем, будто мысленно готовясь к скримеру в фильме ужасов и мальчик вот-вот сорвётся и с криком набросится на неё.
— У нас не вышло подобрать трупы его сокомандников, к сожалению, иначе я бы занимался допросом один, — ответил я, играя в гляделки с мелким шиноби. — Мне нужна твоя экспертиза в фуиндзюцу, чтобы помочь разобраться с возможными сюрпризами.
Судя по вызывающе поднятой бровью Хоноки, она сомневалась в моих словах. Правильно делала. Кроме озвученной мной причины, её присутствие немного, но ослабляло настороженность Сая. Слишком уж она была далека от шиноби до мозга костей, вроде нас. Наедине со мной он бы держался на пике напряжения, но поведение девушки выбивало его из колеи, разрушая ожидания. Будь он постарше, и такой трюк не подействовал бы, но, увы для него и его начальника, этого хватило, чтобы вывести мальчика из равновесия.
— Если ты согласишься рассказать мне то, что я хочу, я позабочусь о тебе и твоём друге, — мягко сказал я Саю. Тот держался молодцом, держа свои реакции в узде, но мой улучшенный слух сумел уловить участившееся сердцебиение, а нюх почуял запах адреналина.
— Друге? — спросила Хонока недоумённо.
— Видишь ли, в Корне есть одна интересная традиция. Шиноби тренируют в парах, разными методами взращивая узы дружбы. После нескольких лет их сталкивают в смертельном бою, чтобы убить в выжившем эмоции и привязанности, сделать их податливей для грубых манипуляций и пропаганды. На выходе получаются мясные марионетки, способные на ограниченную самостоятельную деятельность, но глубоко зависимые и лояльные к своему командиру.