Возможно поэтому так много актёров не любят смотреть кино со своим участием, подумалось мне.
Впрочем, я ожидал, что так и будет. Моей целью здесь являлся не сам фильм.
На место рядом с мной аккуратно присела девушка. Её черты лица как бы ненароком скрывались тенями и углом повёрнутой головы, но я ждал её, поэтому знал, кем она была.
— Учитель, — поприветствовал я тепло, слегка кивнув ей. На лице Мадоки промелькнула улыбка, и так же быстро исчезла.
— Хаку-чан. Давно не виделись, — ответила она, устроившись на кресле поудобней. Её острый взгляд мазнул по мне. — Если бы ты не предупредил, ни за что бы не поверила.
— Вы про кино или про… Остальное? — уточнил я на всякий случай. Женщина весело хмыкнула.
— И то, и другое. Для начала, признаюсь, совсем не ожидала, что в тебе имелось достаточно терпения, чтобы заняться искусством, не приносящим активной пользы для твоих целей.
— Это не совсем правда… — начал было я, но Мадока меня прервала:
— Я знаю, что ты охмурял эту свою принцессу. Кто там шутил про становление Каге через постель, мм? Только слепой не заметит, как на тебя смотрит нынешняя даймё. Я уж не говорю о других…
— Учитель, пожалуйста, если не хотите заодно обсудить свои успехи с Забузой, опустите эту тему, — предупредил я её вполне серьёзно. Я не боялся ответить той же монетой.
— У нас с Забузой-куном и Мей-чан всё просто замечательно, — равнодушно пожала плечами Мадока. — Мы с Мей составили обоюдное стратегическое соглашение. Хочешь, поделюсь подробностями?
— Спасибо, уж как-нибудь обойдусь, — сморщился я. Похоже, учитель находилась в особом расположении духа, раз отказалась от перемирия. Вот уж чего я не хотел слышать, так это подробности любовных похождений Забузы с Мадокой. Это как узнавать интимные детали о твоих родителях. Брр.
— Скажи, ты хоть переспал с одной из красноволосых девчонок? — продолжала между тем женщина, как ни в чём не бывало. С задних рядов я услышал глухой кашель. Хонока слушала нас в прямом эфире, о чём учитель явно догадывалась. — Не ври мне, ты бы с радостью прыгнул в койку к Узумаки, только почуяв намёк на новые знания. Я знаю, я ведь сама бы прыгнула. Прыгну, если место ещё свободно?
— Хонока, несомненно, красивая девушка, — начал я говорить, провоцируя реакцию. Мой чуткий слух уловил реплику шёпотом, «ну давай, поговори мне ещё», заставив меня слегка улыбнуться. — …Но ни наши характеры, ни наши стили фуиндзюцу не подходят для такой тесной связи. Мы отлично работаем вместе и так.
— Стили, хм? Я, конечно, слышала что-то такое от Забузы-куна, но в подробности ты меня так и не посвятил, — пожурила меня Мадока. — Значит ли это, что бесконечные сигнальные печати на пути сюда не твоих рук дело?
— Результат нашего с Хонокой сотрудничества, — пояснил я. — Один из многих. Сама печать принадлежит ей.
— Но ты помог с их распространением, я так поняла, — заинтересованно кивнула учитель. — Покажешь?
Из любых других уст подобный вопрос мог бы прозвучать невероятно грубо. Но Мадока, как моя наставница, имела право спрашивать.
К тому же, сейчас я уже не особо волновался о возможной краже моих идей. Если кто на такое и способен, то он уже мастер и смог бы воссоздать мои поделки и сам.
Я оголил руку и подал чакру, отчего бегущие по моей коже муравьи-иероглифы проявились во всей красе. Мадока, вопреки моим слабым надеждам, не отшатнулась, а лишь приблизилась, бормоча про себя предположения на тему функций моих печатей. Вдруг она наклонила голову, нахмурившись.
— …Хаку-чан? Что я тебе говорила о нанесении печатей внутри организма? — спросила она елейным голоском, невольно заставившим меня вздрогнуть.
— …Кто не рискует, тот не пьёт шампанское? — попробовал я.
— Не рисовать их без моей страховки, вот что я тебе говорила! — зашипела женщина, попытавшись дёрнуть меня за ухо. Раздался хруст. Она с нечитаемым выражением лица уставилась на ухо из чистого льда в своей ладони.
Я прыснул, но тут же примиряюще поднял обе руки.
— Всё закончилось отлично, разве нет? Кстати, у вас очень красивый стук сердца.
— Ох, правда? Спасибо, так приятно, — захлопала она наигранно ресницами, после чего вернулась обратно к прожиганию меня взглядом. — А вот твои органы вполне могли перестать функционировать!
— Я знал достаточно, чтобы нивелировать риски, — устало вздохнул я. Надо бы её как-то отвлечь от этой темы. — К тому же, я давно не экспериментировал с внутренними печатями…
— Ещё бы, они ведь до сих пор продолжают что-то делать, я права?
— …Поэтому я хотел показать мои другие фуин, — проигнорировал я её комментарий, проведя ладонью по предплечью и «смахнув» рой символов на неё. К чести Мадоки, она лишь с любопытством наблюдала, как вязь иероглифов быстро слилась в единого удава, оплётшего её тело. Первым делом она попробовала использовать физическую силу, безуспешно. Сила моих подросших змеек была далеко не бесконечной, но на учителя их хватит с головой. Затем женщина попыталась выскользнуть из пут, показывая чудеса конторсионизма, заставив мои глаза полезть на лоб. Я и не знал, что она так умела…