— Ты разбиваешь мне сердце, красавица, — тепло улыбнулся парень, и против своей воли Цунаде почувствовала, как алеют её щёки. Будь проклят её молодой шаблон! Нельзя быть такой беззащитной перед милым личиком и простыми комплиментами!
Хотя, учитывая, как она провела те года — в безрезультатной погоне за симпатией Орочимару — так ли удивительна её реакция?
— Я могу разбить не только его, если не перестанешь увиливать, — пообещала она, погрозив Хаку кулаком. Тот лишь поднял бровь, ни капли не напрягшись. Цунаде не знала, что ощущала сильней — раздражение или же удовлетворение. Её нравились его наглость и невозмутимость, пусть она никогда об этом не признается вслух.
— Простите, девушки, но я не готов делиться своими сокровенными секретами посередине улицы, — беспечно пожал плечами парень. — Если вы мне доверяете, мы сможем всё обговорить, не уходя далеко. Если доверяете чуть меньше… Я знаю одно местечко на окраине, где мои печати обезопасят нас от всех возможных любопытных глаз и ушей.
— А если мы не доверяем совсем? — поинтересовалась Шизуне. — Особенно твоим печатям? Ничего личного, ты понимаешь.
— Тогда мне станет очень грустно, — ответил Хаку, выдохнув. Затем он перевёл взгляд на Цунаде. — Я думал, мы установили, что у меня в мыслях нет причинять вам вреда.
— Трактовать слова можно по-разному. Может оказаться, что ты от всего сердца желаешь нам блага, но понимаешь под ним совсем не то же, что и мы, — произнесла Цунаде.
— Я не предам ваше доверие, — сказал Хаку твёрдо, неотрывно смотря ей в глаза. Сердце женщины пропустило удар. — Я хочу предложить союз. Этого достаточно?
Цунаде чуть помедлила, рассматривая его лицо. Ладонь парня в её руке посылала чёткие сигналы, что он говорил правду.
Возможно, она просто хотела ему верить.
— …Хорошо. Что у тебя за вариант для особо доверительных отношений? — спросила наконец девушка после длительной паузы.
— Цунаде-сама… Вы уверены?
— Уверена. Веди, Хаку.
Парень загадочно улыбнулся, и, схватившись свободной рукой за локоть Шизуне, потащил их обеих в ближайший переулок.
На мгновение мысли удивлённой Цунаде подбросили ей пару пошлых вариантов дальнейшего развития событий, но широкая конструкция изо льда, висящая над землёй, отмела их прочь.
— Не отпускайте меня, и приготовьтесь к резкому холоду, — предупредил их юноша, и начал погружаться в лёд, потянув их за собой.
Они сидели за столиком в странной комнате, чьи стены, пол и потолок были высечены из льда. Различная мебель и ковры немного сглаживали сюрреалистичность ситуации, но холод, будто из морозилки, постоянно напоминал о необычности этого места.
Шизуне кинула вопросительно-беспомощный взгляд в сторону наставницы, что та стойко проигнорировала.
Нет, она не знала, что им делать с мороженным, что им любезно предоставил парень. Да, она умела регулировать температуру своего тела и знала утепляющие техники, но это не значило, что у неё имелся опыт поедания сладкого льда в минус тридцать.
Хаку, на которого они одновременно посмотрели, что-то почувствовал, и оторвался от своего пломбира, подняв взгляд. Его лицо приняло виноватое выражение, когда он заметил нетронутые сладости. Чуть кашлянув, он заговорил:
— Прошу прощения, вы — мои первые гости здесь, — признался он. — …На добровольной основе, — добавил он, чуть задумавшись.
— Красивый, но холодный юноша заманил после горячей ночи любви двух девиц в свою обитель, — протянула Цунаде с усмешкой, заметив забегавшие глаза Шизуне, не знающей, как реагировать. — Где-то я уже слышала такую байку…
— Ложь и клевета. Я не снежный дух и не собирался вас есть… В гастрономическом плане, по крайней мере. В любом другом — только с вашего согласия.
— Хаку… Пожалуйста, — тихо попросила Цунаде, порядком уставшая от уклонений парня.
Тот удивлённо посмотрел на неё, после чего медленно кивнул, хлопнув в ладоши.
— Хорошо. Тяжёлые разговоры с самого начала, значит. Не мой первый выбор, но что-нибудь придумаю. Видите ли… Я хочу воскресить одного человека.
Сердце Цунаде ёкнуло, а пальцы неосознанно сжались в кулаки. Тем временем, Хаку продолжал говорить:
— Для этого мне нужна определённая техника. Конечно, в теории есть и другие способы, но мне о них либо неизвестно, либо они для меня закрыты.
Дыхание женщины замерло.
— Что это за техника? — прошептала она.
В ушах звенело. На краю зрения копошились чёрные мошки.
— Кучиёсэ: Эдо Тенсей. Призыв: Нечестивое Воскрешение.