Какаши зачастую не знал, как заботится самому о себе.
Впрочем, это не мешало ему исполнять миссии по охране важных персон без сучка и задоринки.
Может, ему дали эту команду именно поэтому?
Он оглядел подопечных в очередной раз.
Разве мы когда-нибудь были настолько… Расслаблены? Беспечны?
Даже Обито в свои худшие моменты никогда не позволял себе чувство безопасности в недельном переходе от Конохи.
Конечно, новое поколение росло, не ведая войны. Умом Какаши это понимал. Им были незнакомы вечные сирены, атмосфера всепоглощающего напряжения, витавшего в воздухе деревни, знакомые, каждый день гадавшие, когда им может прийти весточка о гибели очередного близкого человека.
То, что всё это осталось в далёком прошлом, было просто прекрасно.
Наверное.
Какаши был рад за них, хоть сам он не особо чувствовал радости или облегчения. У него почти не осталось близких людей. И он так и не вышел из траура, несмотря на все попытки окружающих.
Но неужели нынче в Академии детям рассказывали только о том, что за воротами Конохи летают единороги, бабочки какают радугами, а люди поют о мире и дружбе, держась за руки?
Наруто. Сын учителя, корчащий глупые рожи. Чудом эмоционально стабильный Джинчуурики, узнавший о своём статусе чуть больше месяца назад. Собрал в дорогу сумку, набитую кунаями и быстрым раменом, непомерно удивился, когда его спросили об остальном. Ядрёная смесь образов Кушины-сама и мелкого Обито из его памяти.
Сакура. Дочь слабых ниндзя, оставивших карьеру ради торговли. Развитые навыки звуковых атак. Высокие баллы по теории, посредственные по практике. Какаши пытался подтолкнуть её заняться хотя бы физической подготовкой в свободное от миссий время, но натолкнулся на стену непонимания. Что значит, её фигура этого не переживёт? Чья гениальная идея была затолкнуть девочку в команде к парню, от которого та без ума?
На задворках сознания мужчины зачесалась память, но он решительно её оттолкнул.
Сам упомянутый парень, пытающийся всем своим видом показать тонкие струны своей ранимой души, игнорируя всех вокруг. Саске. Отчётливо напоминал Какаши самого себя в свои худшие моменты детства. Нелюдим, одержим целью. К несчастью для себя и остальных, талантлив. Причина, по которой джонин не мог отказаться от работы наставником, даже если очень сильно хотел это сделать. Последнего Учиху банально некому было учить управляться с Шаринганом. Конечно, его могли назначить в качестве личного учителя, но никто не хотел обижать юного таланта отказом в ранге. После выходки Итачи кровь Учих ценилась слишком высоко, чтобы рисковать враждебностью со стороны Саске.
Лишь он один изредка оглядывал окрестности, пусть и неохотно, будто делал кому-то одолжение.
Сколько в беспечности вины их самих, и сколько их учителей в Академии? Был ли Мизуки единственным предателем в преподавательском составе?
Третий в ответ на его отчёты лишь радовался, что дети Конохи могут расти в мире, и наслаждаться юностью. Что они могут предвкушать выпуск, словно праздник, не волнуясь о шансах умереть в первые же месяцы.
Какаши покивал тогда с умным видом, но понять сердцем так и не смог.
Впрочем, у него не было своих собственных детей, чтобы выработать отеческий или, хотя бы, родительский инстинкты. И не будет, если судьба смилуется.
Почему он вообще задумался о готовности малышни в такой прекрасный, солнечный день? Ранг С, небольшое путешествие чтобы размять мышцы, туда и обратно за пару недель.
Потому что миссия воняла.
Сильнее, чем сам Тазуна.
Третий не просто так дал миссию именно команде Семь. Он тоже подозревал подвох, поэтому положился на то, что Какаши, с его многолетним опытом работы в АНБУ, сможет разобраться, что к чему, вынюхать возможных охотников за головами его учеников, и при малейшем намёке на опасность, развернуться и зашагать обратно в деревню, тут же вызвав подмогу. В случае же битвы его генины имели больше всего шансов уйти невредимыми. Однако, если подозрения окажутся ложными, то ещё лучше. Людской ресурс в виде сильных команд джонинов и АНБУ не будет тратить драгоценное время на ловлю призраков и пугать невиновного Тазуну, лишая Коноху будущих миссий.
Какаши был готов заложить всю свою коллекцию Ича-Ича, что пьяный архитектор был виновен.
Вот только они уже почти добрались до страны Волн, а ожидаемого нападения всё не происходило.