— Да кому сдалась эта занудная История! — отвернулся, слегка покраснев, Наруто. — Ну прогулял я пару уроков, подумаешь! Для ниндзя главное — уметь сражаться!
— Как ты с такими взглядами стал генином? …И как вас зовут? Мне неудобно думать о вас по цвету волос, — подала… подал голос Хаку. Наруто ещё не скоро свыкнется с новым откровением.
— Я — Нарутоженутыпонял! А это — Саске!
— Приятно познакомиться, Нарутоженутыпонял, — улыбнулся Хаку каверзно.
Блондин покраснел.
— …Просто Наруто. Без присказки, — буркнул он.
Не его вина, что у него иногда вырывается! Оно само!
Сколько часов он пытался избавиться от вредной привычки, и всё оказалось безрезультатно…
— Какаши остался позади, — внезапно напомнил Саске, нахмурив брови. — Его противник… Очень силён. Я не уверен, что Какаши продержится долго, если уже не…
— Не говори так, придурок! — взъелся Наруто. — Какаши-сенсей не проиграет какому-то мутному типу!
— Тц. Ты не можешь этого знать, — ответил брюнет презрительно. — Скажи ещё, что считал, что мы никогда не умрём. Сакура доказала обратное, не думаешь? Хоть какая-то польза от неё.
— Саске, ты!.. — вскинулся было Наруто, которого выбесило отношение зазнайки к их напарнице, но спокойный голос Хаку остановил его.
— Дети, дети… Не нужно ссориться. Цунаде отправилась на выручку к вашему учителю, — пояснил Хаку. — У неё достаточно умения, чтобы и сразиться, и вылечить. С ним всё будет в порядке.
— Правда?! — вырвалось у Наруто. У него чуть отлегло от сердца. Последние минуты, наблюдая за борющейся за жизнь Сакурой-чан, на задворках его сознания витала настырная мысль, «Что, если Какаши-сенсей ещё в худшем состоянии?» Теперь он мог немного выдохнуть. Пусть блондин не помнил упомянутого имени (по весьма солидным причинам!), если зазнайка-Саске знал и уважал женщину, то и сам Наруто чуть-чуть поверит в неё.
Его глаза против его воли продолжали притягиваться к обугленным участкам кожи девочки. Она напоминала жуткую куклу, слепленную из воска и угля.
Он старался не обращать внимания на тошнотворный запах жаренного мяса, пытаясь сдержать рвущиеся наружу остатки завтрака.
— Правда-правда. Вашему учителю ничего не грозит, кроме, пожалуй, выговора, — вытянул его из негативной спирали приятный голос Хаку. Отчего то Наруто стало чуть легче, слушая его. — Ах… Кажется, я знаю, чем вам помочь. Ловите, — сказал парень, кинув им два маленьких мешочка, которые он достал будто из воздуха.
Блондин неловко словил свой, замахав в панике руками, чуть не уронив, Принюхавшись, он ощутил подступающие предательские слёзы. Аромат трав приглушал любые другие достаточно, чтобы Наруто мог дышать чуть свободней. Неожиданный жест заботы глубоко тронул его.
Стоявший рядом Саске коротко кивнул, чуть замешкавшись, и отвернулся, скрывая свою реакцию.
— Вам стоит отвлечься, — добавил Хаку мягко, чуть погодя. — Расскажите, как пришли к жизни такой, пока мы работаем. Вы же были на миссии, верно?
Наруто мигом ухватился за предложенный шанс. Пустившись в подробный рассказ. Саске порой вставлял свои комментарии, но в основном молчал, погружённый в свои мысли.
Блондин начинал думать, что кошмар, в который превратилась их реальность, наконец-то подошёл к концу, и настало время проснуться.
Он не заметил, как из глаза и уголка рта оригинала Хаку побежали струйки крови.
Какаши бессильно наблюдал за сценой напротив. Его чакра почти иссякла, несколько костей были сломаны, а глаз нестерпимо жёгся.
Но это не входило ни в какое сравнение с тем ужасом, который он испытывал, смотря на чёрные нити, пронзающие сердце Сенджу Цунаде.
Женщина, по какой-то причине выглядевшая, как подросток, стояла замерев, с приоткрытым ртом и расширившимися в удивлении глазами.
— Как удачно, — прохрипел довольно Какузу из гротескного отверстия на лице, заменявшему ему рот. Голос искажали многочисленные пучки нитей, тянувшиеся оттуда. — И месть, и награда, и сердце. Может, мне стоит поспешить и сыграть в лотерею?
Кошмар Какаши, кажется, только начинался.
Глава 44
Когда ход боя переменился, Какаши поначалу даже не понял, кто пришёл ему на помощь.
Он помнил тысячи лиц. Ещё до того, как он перенял глаз Обито, джонин никогда не жаловался на память. Но лицо блондинки почему-то ускользало от идентификации.
До тех пор, пока она не вогнала свой кулак вместе с зелёной маской монстра в землю, оставив глубокий кратер. Клубок теней судорожно задёргался, затем расплылся бесформенной лужицей, а маска раскрошилась в пыль ещё раньше.