Но, необходимо отметить, что свободные часы появились не только у нас одних. Что вылилось в официальный повод пригласить кое-кого к нам в дом, где, по счастливой случайности, никто не мог увидеть, услышать или почувствовать чего-то лишнего благодаря моим Историям.
Более того, учитывая то, на кого гость работал, ни его, ни нас даже не будут особо расспрашивать о деталях. Конфликт интересов.
Ровно в десять раздался мелодичный перезвон фурин, стеклянного колкольчика, оповестивший нас о присутствии гостя.
Шизуне уверенным шагом прошла в прихожую, чтобы встретить его… Или, точнее сказать, их.
Якуши Кабуто прошёл внутрь, как будто его ничего не волновало, включая прожигавшую ему взглядом дыру в спине Шизуне, чьё напряжённое тело выдавало готовность атаковать в любой момент. Уверенная, почти дерзкая поступь, заметная полуусмешка на губах, чуть дрогнувшая, лишь когда парень поймал тень разочарования на лице Цуны, когда та посмотрела ему в глаза.
Выглядел он как обычно — знакомая одёжка шиноби-медбрата, очки, протектор на лбу… Но в руках с собой он нёс врачебную сумку, сейчас отчётливо шевелящуюся.
— Могу я? — спросил он, вежливо улыбнувшись. Его взгляд был направлен лишь на меня, подчёркивая, кого он считал хозяином дома.
Я молча повернулся к Цуне, вопросительно подняв бровь. Она лишь закатила глаза, раздражённая нашими играми.
— Конечно, — произнёс я вежливо вслух.
На стол со шлепком плюхнулась крупная змея. Судя по скривившемуся лицу блондинки, она уже поняла, к чему всё шло.
Змея раззявила пасть. Шире, ещё шире, до невозможности широко. Из пасти вылезла рука, ухватилась за раскрытую челюсть, с влажным звуком подтянулась. Высокая, длинноволосая фигура вылезла, аки Садако из фильма моего прошлого мира, расплескав слизь по скатерти, часть которой потекла на пол.
— Сам будешь убирать после себя, Орочимару, — буркнула Цунаде, не поведя и бровью. Шизуне тем временем встала у неё за спиной, с опаской наблюдая за гостями.
Ответом реплике девушки стал глубокий, с хрипотцой смех.
— После стольких лет разлуки, это первое, что ты мне говоришь, Цунаде-химе? — весело спросил мужчина, отряхнувшись, и, как ни в чём не бывало, по-хозяйски уселся на приготовленный стул напротив нас. Кабуто тенью отзеркалил Шизуне, встав за своим собственным наставником.
— У тебя явно проблемы с памятью, раз ты забыл, на какой ноте мы распрощались, — фыркнула девушка.
— Друзьям свойственно ссориться и драться время от времени, знаешь ли.
— Значит, ты не обидишься, если я по-дружески попытаюсь тебя пришлёпнуть?
Оба старых напарника некоторое время смотрели друг другу в глаза. Улыбка Орочимару расширилась.
— Знаешь, на удивление, не обижусь, — признался он почти удивлённо. — Возможно, если бы передо мной сидела та разбитая, потерявшая свой путь женщина, которой я тебя запомнил, то я бы разочаровался в тебе заново. Но что я вижу? Ты не просто временно восстановила юность, нет… О нет. Ты расчленила бедного дедушку Какузу, верно? Высосала его внутренности, как мясо аппетитного краба, после чего присвоила его бережно охраняемый хидэн себе, модифицировав своё тело до неузнаваемости. Преодолев рубеж между дорогостоящим притворством и настоящим успехом в борьбе за вечную жизнь. Я аж отсюда чувствую льющуюся из тебя энергию! Меня просто переполняет гордость за тебя, Цунаде. Пусть и разбавленная капелькой зависти…
— Так мерзко я не чувствовала себя боги знают, сколько лет, — хмыкнула девушка. — Ты знал об этом монстре? Как давно? И почему сам не подсуетился, раз знал о свойствах его дзюцу? Или хочешь сказать, что его плачевное состояние прошло мимо твоего внимания?
— Обижаешь, принцесса, — усмехнулся мужчина. — Как я мог пройти мимо «неубиваемой парочки»?
— То есть, ты даже не скрываешь, что всё-таки работал с ними.
— В прошлом. Мы разошлись с Акацуки целями, — уклончиво ответил нукенин. — С тех пор они уже несколько раз пытались меня убить. Совсем не по-дружески, должен отметить.
— Какой же ты… Бедняжка, — монотонным голосом ответила блондинка. — К чему ты ведёшь?
— Ты сама вернулась в Коноху. В место, что уничтожило тебя, — протянул Орочимару с почти незаметной толикой… Тоски? — Цунаде, что я знал, сдалась. Повесила руки. У Цунаде, что я вижу, глаза горят желаниями… Я бы даже посмел сказать, амбициями. Ох, если бы только ты встретила кого-то вроде Хаку-куна пораньше, вместо такого скучного и правильного Дана, когда мы только начинали… Я не могу и представить, каких высот наши совместные исследования сумели бы достичь…