Именно поэтому я спешила домой как никогда, ведь там в запасе есть чудесное зеленое платье. Казалось бы, простое, скромное платье до колен, с рукавами до локтя и небольшим вырезом, но в сочетании с моими рыжими волосами и красной помадой образ становился очень ярким, но не вызывающим.
Спустя несколько часов я вертелась у зеркала, разглядывая, что получилось, когда зазвонил телефон:
- Я подъехал, - как всегда слишком серьезно говорил мой начальник.
Еще раз, взглянув в зеркало и оставшись довольной собой, я вышла из квартиры.
- Привет! – залезая в машину, я бросила Максу и начала пристегиваться. – Ты чего так на меня смотришь?
- Когда это мы перешли на «ты»? – удивленно спросил он.
- Ты же звал меня в качестве своей девушки? Так? – удивилась я.
- Да, - несколько ошарашенно ответил мне Макс.
- Ну? Многих «выкающих» пар ты видел? – смеялась я.
- Нет, конечно, нет. Давай на «ты», - обескураженно ответил мне Максим и завел машину. – Да, умения быстро ориентироваться в ситуации тебе явно не занимать, - уже полушутя сказал он.
- Конечно, - посмеялась я.
До «Европы» мы доехали быстро, проговаривая вопросы, которые нам могли задать. Определенно решили не врать, а ограничиться правдой о том, что познакомились на работе и только начали встречаться, хотя вот это до правды слегка и не дотягивало. Уже подходя к дверям банкетного зала, Макс положил руку мне талию, чем уже ошарашил меня. А я-то думала, что будем, как подростки смущенно держаться за руки, а тут такой поворот! Вот уж не просто мурашки, а целуй табун огромных мурашей пронеслись по всему моему телу, а внутри начало разливаться тепло, как это бывает от крепкого алкоголя.
- Максим, как я рада вас видеть! – прервала мои мысли темноволосая женщина с короткой стрижкой в черном платье в пол. Только взглянув на нее, становится понятно, что это его мама, те же глаза, скулы и рот. – Меня зовут Татьяна Николаевна, я - мама Максима, - очень искренне проговорила она мне.
- Юля, мне тоже очень приятно, - ответила я так же отрыто и доброжелательно.
Дальше время полетело с бешеной скоростью. Я успела познакомиться с таким количеством человек, что уже и не могла запомнить их имена, а рука Максима все также покоилась на моей талии, иногда начиная вырисовывать круги своим большим пальцем на моей спине, отвлекая от разговоров. Мне кажется, что для него это стало некой забавой – отвлекать меня в тот момент, когда от меня ждали ответ на какой-то вопрос, а потом выражать неподдельный интерес к тому, что же отвечу.
Через час мы уже изрядно устали общаться и улыбаться. Вечер оказался просто чудесным, но слишком утомительным. Татьяна Николаевна очень радушно меня приняла, но не давала окончательно расслабиться, задавая вопросы о наших отношениях с Максимом, что больше было похоже на допрос в крайне деликатной форме. К середине вечера сил на улыбки, приветствия и разговоры не было.
- Давай где-нибудь спрячемся? - попросила я.
- Здесь есть терраса, - сказал Макс, взял меня за руку – и повёл за собой. Через несколько мгновений мы оказались на воздухе, где прохладный ветерок приятно охлаждал кожу.
- Ты меня поразила! Целый вечер, а еще ни одной неуместной шуточки или комментария! – с улыбкой проговорил Максим, поднося к губам бокал с минеральной водой.
- Если ты так соскучился по ним, то …- не успела я договорить, как Максим меня перебил.
- Нет, нет, точно не соскучился. Вообще не понимаю, почему терплю их! – все также весело продолжал он.
- Может дело в том, что они всегда попадают в точку? Или в том, что наконец-то нашлась та, кто не боится тебе ответить? - проговорила я, глядя в глаза своему начальнику. Это была провокация, на которую Максим ответил своим пристальным взглядом, а я уже не могла отступить.
Неизвестно сколько еще мы так простояли, если бы Максим не нарушил наше молчание.
- На нас сейчас смотрит моя мать, и либо ты сама сдашься и отвернешься, как последняя трусиха, либо я тебя поцелую. Даю три секунды, - низким тихим голосом проговорил он.