— Как это великодушно с вашей стороны, любезный доктор Филд, — резко отозвалась Гроза. — Мне будет позволено сказать хоть слово? А тебе не приходило в голову, что мне могли понравиться твои поцелуи? Что я могу хотеть от тебя и нечто большее?
— Экспериментируй с кем-нибудь другим, Гроза, — спокойно произнес Джереми и поднялся. — Я уже не в том возрасте, когда могу удовлетвориться несколькими поцелуями и тяжелым дыханием. Тебе удалось уговорить меня учить тебя ветеринарии, но будь я проклят, если стану учить чему-нибудь еще. И покончим на этом. Я — мужчина, а не евнух.
— А я — женщина, а не какая-то недотрога-принцесса! — чуть ли не крикнула Гроза. — И я ненавижу, когда ты меня так называешь! Мне кажется, что я холодная и неприступная, а это не так! У меня такие же чувства, как у всех. Я уже давно люблю тебя, Джереми, но ты отказывался видеть, что я больше не ребенок.
— О нет, я это заметил. Поверь, очень хорошо заметил, — фыркнул он в сильном раздражении. — Бог знает, как я пытался этому противостоять.
— А зачем? — спросила девушка. — Что в этом плохого, Джереми? Что плохого во мне?
Джереми сорвался на крик:
— Да ничего, кроме того, что ты слишком молода, чтобы интересоваться мужчиной, который почти годится тебе в отцы!
— Ты немножко преувеличиваешь, тебе не кажется? Ты старше меня всего на тринадцать лет. Я люблю тебя, Джереми! Это для тебя ничего не значит?
Джереми закрыл глаза и тяжело вздохнул.
— Гроза, ты просто влюблена в меня. Это постоянно случается с девушками в твоем возрасте. Я это понимаю и пытаюсь как-то с этим справиться, а ты все усложняешь. Если бы я не уважал тебя, если бы ты была мне безразлична, я бы давно воспользовался твоими чувствами. Любой другой так и поступил бы.
— Но только не благородный доктор Филд! — выкрикнула Гроза, сражаясь с подступающими слезами. Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Если бы я и правда была тебе не безразлична, ты поверил бы, когда я сказала, что люблю тебя.
Уже потише, примирительным тоном Джереми сказал:
— Я уверен, что ты думаешь, что любишь меня, Гроза. Не упрямься, дай себе время во всем разобраться, и ты увидишь, что я прав.
— Нет! Не прав! Я хочу, чтобы ты тоже полюбил меня!
— Мне очень жаль, принцесса, но ты просишь у меня слишком многого. То, что чуть не произошло сегодня, было ошибкой. Словами не выразить, как я сожалею. Из этого ничего не выйдет.
— Но, Джереми…
— Нет! И лучше всего некоторое время нам побыть порознь. Какое-то время ты не будешь сопровождать меня на вызовах. Пока не совладаешь со своими чувствами и не осознаешь, что между нами не может быть никакой романтической связи. С меня достаточно и сегодняшнего происшествия — я не могу рисковать. Нам и так будет неловко оставаться наедине. Нам обоим нужно прийти в себя.
От легкого прикосновения Грозы к его руке Джереми вздрогнул.
— Джереми, — нерешительно, дрожащим голосом произнесла девушка, — ты не передумаешь?
Не глядя ей в лицо, чтобы не выдать собственной боли, он покачал головой.
— Нет.
Гроза ушла, а погруженный в мысли о ней Джереми под дождем поехал домой верхом. Он уже давно любил Грозу, хотя и знал, что слишком стар для нее. У него на глазах она из ребенка превратилась в девушку, почти женщину, его сердце давно принадлежало ей, чувство крепло день ото дня. Джереми знал, что любовь его безнадежна, и постарался смириться с этим фактом. И вот теперь пришлось столкнуться с влюбленностью Грозы — жестокой шуткой судьбы.
Джереми ругал себя за то, что так забылся, но когда он ощутил рядом с собой манящие, женственные изгибы ее тела, то просто потерял голову. Искушение было слишком велико. Будто сбылся дивный сон. А поцелуй Грозы оказался слаще, чем в любом сне. С одной стороны, Джереми был рад происшедшему, потому что теперь он мог хранить в памяти ее объятия и поцелуи. С другой стороны, он сожалел, что узнал, какой желанной может быть его любимая, потому что отныне его томила жажда обладания этим запретным плодом.
Гроза была сражена резким отпором Джереми. Со всей невинностью и искренностью она открыла ему свою любовь, а он отказался слушать, не поверил ей. Какой же она была дурой! Тем не менее, она была рада случившемуся, потому что Джереми наконец-то увидел в ней женщину. Его поцелуи и ласки заворожили Грозу, и она нисколько не жалела, что он прикоснулся к ней.
Но это был единственный положительный результат. Теперь они больше не увидятся. Как она сможет убедить Джереми, что она действительно любит его, если он отказывается с ней встречаться? Это несправедливо! Просто несправедливо! Оставалось лишь надеяться, что Джереми передумает, прошло уже несколько дней, и времени у него было предостаточно.