— Сатору, это делаешь ты, да? Видишь? Твоя сила вернулась!
— Да… похоже на то, — Сатору словно просыпался от глубокого сна.
— Скорее! Пробей дыру в потолке! Избавься от всего этого.
— Хорошо.
— О, погоди. Снаружи тоже может быть яд…
— Не переживай. Я его сдую, — уверенно улыбнулся Сатору. — На миг может возникнуть вакуум. Прикрой нос и уши.
Я смогла зажать пальцами нос и уши. Земля задрожала надо мной, как от землетрясения.
Через миг с ревом урагана потолок пропал.
5
Чтобы быстро подавить врага, Пауки пустили в нору ядовитый газ.
Были случаи, когда колонии затапливали норы врагов. Но целью было поймать и поработить колонию, так что тактики со смертями не подходили. С другой стороны, война сосредотачивалась на добыче и защите ограниченных ресурсов, так что убийство врага подходило в этом случае.
Газ, который они использовали, не опознали и по сей день. Обломки снаряжения, что рассеивало газ, показывало, что Пауки построили печь из камней и грязи, и ветер приносил газ к колонии Ктыря.
Я подозревала, что запах гнилых яиц был от кусков серы, которые они добыли в вулкане. Когда сера горела, создавался сероводород и оксид серы, которые были очень ядовитыми и тяжелее воздуха, так что могли пробраться в норы бакэ-недзуми. Но было сложно представить, что такое могло истребить целую колонию.
Сатору думал, что Пауки копали в заброшенных городах и нашли пластик, содержащий хлор. Например, винилхлорид при горении создавал хлороводород, который был очень ядовитым и тяжелее воздуха. Многие газы были убийственными, и многое можно было добавить и сжечь, чтобы создать их. Или это могло быть что-то новое, что мы еще не раскрыли, и это пугало.
На рассеивание газа в колонии Ктыря ушло время.
Даже с проклятой силой двигать большие объемы воздуха было непросто. Где бы ты ни двигал воздух, сила сопротивлялась. Сатору создал сильный вихрь и прибил грязный воздух ближе к земле, а потом унес его, чтобы чистый воздух прибыл вместо него. Он явно представлял в голове что-то сложное для этого.
Ветер утих, и я увидела над нами синее небо. В ярком свете утра мы были как два крота, случайно выбравшиеся на поверхность, щурились и дышали свежим воздухом. Мурашки побежали по моей коже от холодного воздуха, который я давно не ощущала.
Как только он привык к свету, Сатору посмотрел наверх. Дыра в потолке замерцала и стала больше. Он создал плавный склон перед нами, и, словно используя глину, образовал лестницу. Ступени казались прочными, будто были из терракотовых кирпичей.
— Я пойду первым.
— Стой, — я удержала его. — Я пойду первой.
— Нет, Пауки могут выстрелить в тебя издалека.
— Потому я и пойду первой. Если что-то случится, и ты не сможешь использовать проклятую силу, нам конец.
Я больше ничего не сказала и пошла по лестнице. Перед выходом я прислушалась, но все было тихо. Только пели птицы.
Пригибаясь, я выглянула.
Вихрь примял траву, но я все равно ничего не видела. Я тихо кралась на четвереньках, медленно встала, проверив, что вокруг чисто.
Все покачивалось от ветерка. Трупов и обломков не было видно.
Сатору выбрался следом.
— Что там?
— Ничего вокруг.
Я посмотрела дальше, чем на сто метров, и увидела, как мне казалось, трупы бакэ-недзуми. Может, от вихря. Издалека было сложно отличить их от людей. Дрожь пробежала по моей спине.
— Они где-то здесь. Ветер не мог убить всех.
Мы замерли, осторожно озираясь. Кто-нибудь, вроде Шисея Кабураги, мог создать линзу из вакуума посреди воздуха (в отличие от обычной линзы, она увеличивала из-за вогнутой поверхности), но Сатору так не умел.
— Смотри туда! — я указала на холм на севере, где что-то пошевелилось.
Мы пригляделись, но ничего подозрительного не было.
— Прости, мне, наверное, показалось.
— Вряд ли, — Сатору скрестил руки, все еще приглядываясь. — То место кажется лучшим, чтобы пустить ядовитый газ. Раз они на холме, а газ тяжелее воздуха, он не полетел бы не в ту сторону. И препятствий не так много.
Он сорвал пару травинок и пустил их по ветру.
— Ветра почти нет, но он дует с севера. Думаю, мы правы. Они должны быть где-то там.
— Тогда нужно бежать на юг!
Сатору схватил меня за руку, когда я повернулась.
— О чем ты? Они придут за нами, если мы побежим, и мы не знаем, когда на нас нападут сзади.
— Но… — я не понимала, что он пытался сказать. — Что тогда делать?
— Разве не ясно? Мы нападем первыми. Если не истребим их, не будем в безопасности.
— Но это… — слов не было. — Это невозможно. Только ты можешь сражаться.
— Все равно нужно сделать это, — решительно сказал Сатору. — Ты видела, что они сделали с монахом. Проклятая сила не поможет в защите. Только атака поможет выжить… но если ты боишься, Саки, можешь бежать. Как ты и сказала, только я могу биться.
Теперь я не могла убежать, даже если бы хотела. Я пыталась уговорить его, но мы пошли на север. Сколько бы сил у нас ни было, если атака будет из неожиданной стороны, нам конец. Я была дополнительными глазами для Сатору, чтобы предупредить об опасности.
— Теперь они могут попасть по нам. Осторожно. Попробуем напасть отсюда.
Мы стояли в тени большого камня на холме и посмотрели выше.
— Пули, — пропел Сатору со странной эйфорией.
Трещины появились на вершине камня, и он разбился на кусочки.
— Летите.
И камни понеслись к врагам.
Паника возникла на вершине холма. Крики страха и гнева бакэ-недзуми. Они пытались занять боевую формацию. Металл зазвенел о металл, они выпускали стрелы в нас.
— Дураки, — фыркнул Сатору.
Стрелы летели по небольшой параболе, повернулись посреди воздуха и понеслись к лучникам как верные гончие.
Больше криков боли.
— Жаль, я не могу сделать косу из ветра, но есть другие идеи, — Сатору будто собирался играть.
Он оглянулся. Деревья в сорока метрах от нас оторвало от корней, они повисли в воздухе.
— Вперед.
Шесть больших деревьев полетели к вершине холма. Я думала, они врежутся во врагов, но они с угрозой зависли там. А крики зазвенели какофонией в воздухе.
— Хм. Они боятся.
Сатору вел себя так, как когда играл во время соревнований с толкателем.
— Но это уже скучно… горите!
Деревья вспыхнули, став большими факелами. Горящие листья падали на врагов.
Бакэ-недзуми суетились. Огонь охватывал все, чего касался, и столбы черного дыма тянулись к нему.
— Это наш шанс. Заберемся выше.
Мы покинули укрытие камня и быстро взбежали по холму. Бакэ-недзуми заметили нас у вершины, закричали в предупреждении, но упали, вспыхнув белым огнем.
— Этим они делали газ? — я указала на странное глиняное строение в форме фумигатора от комаров.
Их было пять или шесть, и выступы, похожие на хоботы, были направлены от холма.
Ближайший взорвался на кусочки. За ним — соседний. По бакэ-недзуми попадали осколки, и они тут же падали.
— Ты играешь с ними?
Бакэ-недзуми замешкались, когда их товарищи пали. Когда трупы поднялись, как марионетки на нитях, и пошли к ним, отряды стали разбегаться.
Оказалось, что сломить дух бакэ-недзуми можно было, использовав их страх сверхъестественного.
— Ясно… вместо жестокой силы проще управлять ими страхом.
Сатору тут же применил новые знания. Он стал поднимать павшие тела слева, справа и по центру. Бакэ-недзуми, которым не приписывали людские эмоции, сходили с ума от страха и начинали нападать друг на друга.
Те, кто терял волю к борьбе и пытался сбежать, оказывались задушенными невидимой рукой. На уничтожение группы ушло около пяти минут.
— Идти прямо слишком опасно. Мы будем открыты лесу, где могут прятаться еще лучники Пауков, — сообщил Сквилер Сатору.