— Да, конечно.
— У Лики день рождения сегодня. Мы хотели тебя попросить, можешь ты поиграть с ней, до вечера? Поплавать, как ты с ребятами сегодня, я видела. Она русалок обожает, все фильмы про них собрала… хотим подарок ей сделать. Мы готовы… ну, в общем, сколько скажешь…
Дарья покраснела. Брать деньги с родителей несчастной девочки за такую ерунду…
— Конечно. Но пусть это будет мой подарок, хорошо? Ей, лично. Никаких денег.
— Спасибо тебе… когда будет удобно?
— Давайте через… — измученная русалка прикинула время на отдых, — … два часа, на Лукулле, у ступенек. И до заката.
Отлежавшись (выносливой и сильной девушке вполне хватило пары часов, чтобы прийти в себя, после своего фиаско в роли Мери Поппинс), Дарья подошла к месту встречи, в оговорённое время. Зелёный «Опель» киевлян уже стоял у лестницы, ведущей к маленькому галечному пляжу, под нависающим мысом.
— Ничего, если я Лику до Песчаного покатаю?
— Конечно, — согласился Евгений, подхватывая на руки невесомую, как сухая щепка, дочку, и спускаясь вместе с Дашкой по бетонным ступенькам.
Феечка спустилась в море, приняла Лику из рук отца, и, посадив «экскурсантку» на камень, шустро нацепила хвост. Больная девочка смотрела на рыжую с таким восхищением, что Дашке даже было неловко. Народу на пляжике почти не было. Сказав имениннице, чтобы держалась за плечи, и приняв её на спину, русалка сразу «включила ускорение», рванув, вдоль берега направо, к пляжу Углового. Лика восторженно запищала. Удалившись на полкилометра, Дарья сменила курс, повернув из залива в открытое море. Тут, примерно в семистах метрах от берега, было её любимое место для ныряния, в одиночестве, над грудой обросших подводных скал. Феечка остановилась, сняла со спины «пассажирку», глядящую счастливо-обалдевшими глазами, придержала её на поверхности воды.
— Ты настоящая русалка?
— Да. Но мы не такие как в кино, хвосты у нас не вырастают, если облить водой, — Дарья улыбнулась, измышляя удобоваримую для девочки фантастическую смесь из сериала, собственной выдумки и основ реальной генетики, — Хвосты мы сами делаем. Конечно, мы отличаемся от обычных людей, мы намного сильнее, можем не дышать под водой. Но русалки рождаются в семье обычных людей. И у самой русалки дочка может быть тоже русалкой, а может и обычной девочкой. Ещё у нас, у каждой, есть какая-нибудь волшебная способность, я, например, могу взять с собой, под воду, обычного человека, и он не будет задыхаться. Поплыли?
Выслушав дашкин гон, Лика чуть сразу не захлебнулась от избытка чувств, энергично закивав головой. Для феечки, обеспечить подводный воздухообмен, в лёгких, было уже раз плюнуть, как для себя, так и для любого спутника. Самые невероятные фокусы, типа «виртуального батискафа», воздушного пузыря в толще воды, волшебница, разумеется, показывать не собиралась. Во избежание.
— Тогда не дыши. Просто не дыши, иначе нахлебаешься. И никогда не пробуй так плавать без меня, утонешь. — Последняя инструкция, для девочки-инвалида, впрочем, была излишней. — Глаза в воде открой, щипать не будет. Смотри, как красиво.
Дарья с Ликой плавали, любуясь подводными красотами. Послушные молекулы мягко перемещали «пассажирку» вслед за русалкой. Глубоко рыжая не забиралась, опасаясь словить сбой дыхания — для опытной пловчихи это было безопасно, но именинницу Дашка бы точно утопила, отключив ей «жабры». И без того, девочка пребывала в дичайшем восторге от невероятного приключения. Примерно через полчаса дайверши, наконец, вынырнули.
— Лика, я не могу рассказывать всё это взрослым. Детям — можно, но ты не должна ничего пересказать маме с папой, поняла? Это будет нашей тайной.
— Да. А тут акулы есть?
— Нет, это же Чёрное море. Акулы в океане. Зато дельфины есть.
— А прыгнуть со мной можешь, как дельфин?
— Запросто. Держись.
Развлекая именинницу, Дарья вспоминала двустрочный медицинский диагноз-приговор Лики, наизусть сообщённый ей Ольгой. Как поняла феечка, проблема была в неработающих нервах, в крестцовом отделе позвоночника. Сравнив электрику нервов «пассажирки» со своей, а для верности, еще и с попавшей в ноосферу катающейся на «банане» здоровой девчонки, одного с больной малышкой возраста, волшебница обнаружила разницу. Воспитанная в семье учёных-естественников, Дашка не питала особого пиетета перед природными конструкциями — да, сложно, но, по сути, те же провода, электролиты… найдя сбойное место, феечка попробовала его «прозвонить» небольшим напряжением. Действовала девочка-волшебница совершенно бездумно, будто глючное компьютерное устройство тестируя.
— Ой, щипет! — Лика схватилась за спину.
— Потерпи, сейчас пройдёт, — слицемерила Дарья, испугавшись. Действительно, через минуту малышка сказала, что боль утихла.
Солнце стремительно падало в море, времени было изрядно. Родители, наверное, уже беспокоились о судьбе именинницы, отданной во власть морской девы, но Дарья не видела берега в своей ноосфере, они были дальше семисот метров. Феечка ещё поразвлекала девочку прыжками, несколько раз выкинула Лику из воды, вверх, чуть придерживая её в полёте. «Пассажирка» визжала так, что охрипла.
— Ну, что, домой?
— Даа. — Несчастная малышка уже явно перегрузилась впечатлениями.
Подплыв, со своей спутницей за плечами, к берегу, Дарья передала дочку отцу. Евгений, действительно уже начинавший волноваться — дочки не было уже три с лишним часа, посадив девочку на раскладную табуретку, на пляжике, вместе с Ольгой собирали вещи. Рыжая стягивала с себя хвост, выслушивая восхищённые впечатления Лики, и благодарности родителей…
— Лика!!! — от крика Ольги у волшебницы заложило уши, она уронила хвост, и обернулась, как ужаленная.
Больная девочка СТОЯЛА на мелкой гальке. Сделала шаг, другой, тонкие ножки, с атрофированными мышцами, подломились, и малышка упала, но была подхвачена отцом. Дашка, забрав хвост и свою сумку, без слов отправилась к лестнице, надеясь уйти от неизбежного. Но не получилось.
— Кто ты?! — ольгин вопрос, как выстрел в спину.
— Я… — повернулась феечка, но не ответила и шагнула вперёд, перепуганная тем, что взрослая красивая женщина сейчас повалится перед ней на колени. Восхищение людей Дашке всегда нравилось, но это было совсем другое. Невыносимое и нечеловеческое…
— Оля, иди сюда! — Евгений стоял рядом с дочкой, которая, покачиваясь и держа отца за руку, беззвучно плакала. И смотрела на Дарью.
Оля подлетела к Лике, что-то быстро и тихо ей заговорила. Феечка тоже подошла, и девочка, сделав шаг мимо родителей, с трогательным «ииии» повисла у своей невольной исцелительницы на шее. Без всякого усилия Дарья распрямилась — малышка почти ничего не весила. Волшебница хлюпнула носом, и сама по-детски разревелась, придерживая именинницу. Особой гордости собой рыжая не ощущала — мало того, что наврала больной девчонке, так ещё и эксперимент на ней, по сути, поставила. Хорошо, что так всё обернулось, а ведь могла и окончательно искалечить, учитывая уровень медицинских познаний (почти нулевой, «спортивный», естественно).
— Дарья, я не знаю, что случилось. И понимаю, что деньги тебе глупо совать… — Жесткое, «калмыковатое» лицо отца семейства, явно человека с непростой судьбой, и привыкшего «отвечать за базар», сейчас откровенно выражало, помимо радости и благодарности, суеверный страх, — … не тот случай… но помни. Если у тебя будут проблемы — позови, любым образом. И я сделаю для тебя всё. Всё!
Утерев красные, зарёванные глаза, и распрощавшись, Дарья отправилась в «большой дом», ожидать ужина.
Феечка, кроме табу на убийство её «демонами» живого (почему-то, исключая растения, при волшебной прополке огорода), измыслила себе ещё одно странное суеверие. Незнайка получил волшебную палочку, сотворив три добрых дела, Дарья же убедила себя, что, уже получив авансом способности, тоже должна совершить три значительных благородных поступка. И тогда обязательно обретёт настоящую любовь и счастье. Разумеется, фейские уборки и комариные депортации в качестве подвигов не подходили, а вот историю с Ликой рыжая, поразмыслив, записала себе в актив — она же бескорыстно желала сделать подарок несчастному ребёнку…