Мы пошли к её другу. Перешли дорогу. Москва — большой город, здесь много машин, суеты и шума. Мы подошли к чёрным воротам. Соня прошла и сказала:
— Подожди.
— Угу, — ответила я.
Она постучала и сказала:
— Это я, Сонька, по делу?
Услышав её, он подошёл и открыл ворота. Высокий и широкоплечий, он взглянул на неё с улыбкой. Он стоял без верха, в одних штанах, грудь была вся в синих татуировках, от рук до шеи, груди и живота.
— Привет, мой дружище, — сказала Соня, повернула голову и кивнула мне, чтобы я подошла.
Я вздохнула, сделала шаг и встала рядом с ней. Соня подвела меня к нему и сказала:
— Знакомься, Стас, это моя лучшая подруга Таня.
Моё сердце сильно забилось. Она знала, что я слишком чувствительная. Его взгляд остановился на мне, и он произнёс:
— Ясно. Тань, это Стас, мой друг.
— Очень приятно, — ответила я, смущаясь.
Хмыкнув, он ответил:
— Взаимно. И что ты хочешь? — спросил он Соню.
— Пришли, чтобы ты тату сделал, — указала она на меня.
Я взглянула на него и сказала:
— Я хочу тату на руках сделать.
Он выдохнул, открыл рот, зевнул и произнёс:
— Ладно, идёт, сделаю, что хочешь!
— Ну, не знаю… — задумалась я, прикусив губу.
И тут я услышала знакомую песню.
— Розы, если можно, — сказала я.
— Хорошо, — отозвался он, взглянув на меня.
— Садись, указал он на , кожаный стул.
Я прошла и села, он сел рядом, взял прибор специальный для создания тату, прикоснулся пальцем.
Красивый, зараза, и милый и почти стрижка как у моего бывшего. Только волосы чёрные цветом, и ухо проколото. Глаза карие, и скулы на лице. Обожаю, когда скулы…
Он подвинул стул ближе, взял мою руку, ощутив его тепло и аромат одеколона, сказал:
— Расслабься, это не так уж… И больно будет, неприятно, конечно, — усмехнулся он.
— Хорошо, — вздохнув, я расслабилась, и он начал делать тату.
Я думала, что сказала могла бы. Я не хотела идти на это, чтобы Олег видел меня с другим и подумал, я… нашла другого, чтобы утереть ему нос, пусть видит. Что я, стала тоже лучше, и не одна этим летом. Стас был лучше и красивее и умнее его.
глава 9
Стас почти закончил наносить мне татуировку на последней руке. Там, где моё лицо и цветы по бокам, получился очень красивый рисунок.
Когда Стас убрал иглу и снял перчатки, он встал, разминая шею и плечи. Затем он посмотрел на меня своими карими глазами, полными нежности и тепла.
- Я улыбнулась и встала. Почувствовав, что шея затекла, я огляделась в поисках Сони. Но её уже не было рядом. «Вот хитрюга, когда только успела уйти? — подумала я. — Но это даже хорошо, что мы остались с ним наедине. Буду знать, где он живёт, и куда идти, если что». Я запомнила адрес и улицу.
Я с облегчением взглянула на свою руку, где были изображены цветы и моё лицо.
— Как красиво! У тебя талант, — сказала я, и он смущённо улыбнулся. Я повернулась и увидела на столе другие замечательные рисунки и краски.
— У вас потрясающие работы. Не теряйте свой талант, — сказала я ему.
Я увидела красивую девушку, черты лица которой были похожи на мои. Я взяла в руки рисунок и почувствовала, как моё сердце забилось сильнее. Это было странное ощущение. Я держала рисунок и смотрела на него.
Он подошёл ко мне и встал рядом. Я ощутила его дыхание на своей коже. Он сказал: «Это просто девушка, я решил нарисовать её. Когда я посмотрел в её бездонные глаза, я понял, что она так похожа на меня. Она кажется грустной, одинокой и нежной».
Я прошептала: «Да, она такая». Я положила рисунок на стол. Он встал вплотную ко мне, я ощутила его тепло и близость. Он положил руки мне на плечи и сказал с нежностью: «Может быть, я просто думал о ней и мечтал о встрече с ней. И вот она рядом со мной». Он нежно коснулся моей щеки.
Я поняла, что на рисунке была изображена моя мечта. Возможно, он мечтал встретить свою единственную и неповторимую. И вот он нашёл её, и это оказалась я. Время остановилось перед нами.
Он наклонился ко мне и прошептал мягко: «Можно я, если ты не против?» Я мотнула головой и обняла его. Он нежно коснулся моих губ, и я не смогла сдержаться — я вцепилась в него, как кошка в свою добычу. Я глотала его поцелуи и целовала его всё сильнее, стоя с ним в его городе.
После поцелуя наши губы горели. Я облизнула их и смутилась. Он сказал:
— Прости, я не возьму с тебя денег за эту работу. Считай это моим подарком. Я рад, что встретил тебя, — сказал он вдруг. — Ладно, спасибо тебе.