Я купила несколько пачек разных самых вкусных чипсов, шоколадок, попкорн. Моя голова была на его плече в моих мыслях, и шелест фантиков от шоколадок в наших руках. Да, мне было 19 лет. Да, я знала, что такое секс. Да, я давно мастурбировала. Но я не предполагала, что приглашение в гости обязательно подразумевает это! Наоборот, представляла себе, что секс у меня будет по любви и по обоюдному решению обоих. И при общении с противоположным полом всегда стеснялась очень сильно. Я не готовилась к сексу. Даже не думала. В моих мыслях была только романтика, тепло, уют и две родные души. Именно так я наивно мечтала.
Почему-то Алихан предложил увидеться в десять вечера, вместо моих трех часов дня. Я не понимала почему. Ведь так будет мало времени на фильм и поговорить. А завтра нам обоим нужно было на работу. Понятно мне стало слишком поздно.
Это было так глупо. Я не знала с какой стороны к нему подойти. Он на меня даже не смотрел - уставился в телевизор и качал ногой. Все вкусные покупки лежали на столе рядом. Он с холодным равнодушным выражением лица сказал: “Да нет, спасибо”. Так грубо. Я все хотела, чтобы мы сели удобно, принесла кучу подушек, а он: “Да так нормально”. Достала кучу дисков с фильмами, а он: “Да так полистаю что-нибудь”. И так и ни разу на меня не взглянул. Вообще не смотрел на меня. Я была совершенно сбита с толку.
Я чувствовала себя такой дурой. И мне стало так одиноко. Вся тьма этого вечера сгустилась у меня в груди. Мне казалось, что я не от мира сего. Неужели это все неприятно, что я сделала? Неужели неприятно?
Алихан сидел так, будто ждал, когда время выйдет, и ему можно будет уйти. Будто пришел отсидеться и поскорее сбежать.
Он оставил какой-то фильм. Я его не видела. Это была половина фильма уже. О чем шла речь было неясно. Мы сидели на небольшом расстоянии друг от друга. Неудобно. Одиноко. Я боялась пошевелиться. Мне вдруг стало так стыдно, что хотелось сделать что угодно, лишь бы моего присутствия не было заметно! Я даже дышать старалась тише.
И тут он повернулся на секунду, взглянул как-то свысока и закинул свою руку мне на плечо, будто сделал одолжение.
- Давай иди сюда, что ты там одна.
Я неловко улыбнулась в ответ, делая вид, будто мне комфортно, и все идет как надо. Его рука была тяжелой. Стало совсем неудобно сидеть. Я смущалась сказать ему, что и почему не так. Я не понимала, что происходит. Я не умела говорить “нет”. И боялась обидеть, и думала, что будет хуже, и надеялась, что все само разрешится. Я была зажата, как старый скукоженный башмак.
И тут Алихан внезапно повернул ко мне голову и прижался к моим губам.
Его губы были мягкие красивые. Они так тепло обволокли. Я даже от удовольствия издала едва слышный стон. И на секунду унеслась в нежные воздушные облака. Мое тело сразу обмякло.
- Давай-ка ляжем поудобнее.
Я только промычала в ответ. Алихан положил меня на бок лицом к себе и спиной к телевизору. Я еще подумала, что это удачно - мне бы не хотелось, чтобы слепил свет экрана.
Было стеснительно и хотелось целоваться еще, но одновременно я понимала, что все не от души. Я чувствовала, что между нами нет даже влечения. Какие-то механические движения. Но я все же целовалась трепетно, закрыв глаза и фантазируя, что я в руках своего любимого мужчины. Пыталась за нас двоих имитировать чувства. На мгновение я приоткрыла глаза и увидела, что Алихан увлеченно смотрит телевизор, касаясь губами моих губ. Мне стало так стыдно и как-то темно внутри. Я вдруг обнаружила, что это я целую его, а он только дает мне свои губы. Мне так хотелось, чтобы это скорее кончилось. Чтобы он ушел. Я думала, что выжду немного, и он сам уйдет. И тут он выключил телевизор и потянул меня на себя.
Я сделаю небольшое отступление, чтобы вы лучше меня поняли. С детства я привыкла к крикам и подзатыльникам. Такие были мои родители. Вся семья. Где детей воспитывали через крик, строгий взгляд (ох, этот взгляд, когда от одного вида уже поджилки дрожат!), наказания. Просто за любые капризы я всегда получала крик и ужас во взгляде. Не хочу есть, устала идти, хочу на ручки, хочу надеть розовое платье, а не голубое, хочу смотреть мультики - если все это не совпадало с желаниями родителей, я получала тут же крик и подзатыльник. Мои родители считали, что воспитывать детей нужно в строгости (тетя особенно часто говорила, что детей нужно драть, как сидоровых коз). Только вот я привыкла, что за любой мой отказ сразу следует наказание. Во взрослой жизни стал срабатывать рефлекс - если где-то недовольный взгляд, обиженный тон, более того, если кричат - я невольно принимаю роль провинившегося. Даже если я отстаиваю свою по праву позицию, я делаю это в оправдывающейся слабой манере. Представляете теперь мои чувства? Я привыкла к принуждению, была так воспитана. Я чувствовала свою вину даже в ту ночь!