Я слегка растерялась, но он тут же улыбнулся и потащил меня из бильярдной.
— Давай на эскалаторе покатаемся? — щекотно прошептал он мне в ухо, отодвинув волосы с шеи. Я недоверчиво посмотрела на него. — Ну что? В детстве не накатался! Пошли!
Мы несколько раз поднялись и спустились, и Демьян заявил, что проголодался. Я думала, мы перекусим на фудкорте, но он повёл меня в кафе на верхнем этаже.
Там оказалось очень уютно. Столики из золотистого дерева, такие же стулья с подлокотниками, диванчики с голубыми подушками. Мягко горели светильники в виде розоватых кристаллов неправильной формы. Стены украшали деревянные рейки с приколотыми к ним чёрно-белыми фотографиями. Дым, прищурившись, внимательно их осмотрел и кивнул с одобрением.
— Подожди минутку здесь, — он усадил меня на отдельно стоящий диванчик и подошёл к девушке-администратору.
Откинувшись на подушку, я машинально нюхала уже слегка пожухлую розу и смотрела в панорамные двери напротив. Они вели на просторный балкон. Там тоже были столики: два ближе к входу и один у самой решётки.
Администратор, стреляя в Демьяна глазками, открыла ключом и распахнула стеклянную дверь. Мы вышли на балкон. Дым сразу же подошёл к краю и, облокотившись на ограждение, позвал меня:
— Смотри, какой вид!
За решёткой простирался новый квартал с разноцветными свечками и коробками многоэтажек. Небо над ними уже начинало по-вечернему гаснуть.
— Очень красиво, — я встала у входа, не решаясь сделать ни шагу вперёд.
Дым расчехлил «Никон» и принялся самозабвенно снимать.
Появился официант с охапкой голубых подушечек и с вежливой улыбкой обратился ко мне:
— Какой столик предпочитаете?
— Этот, — не отрываясь от фотика, Дым ткнул в тот, что стоял ближе к краю.
Официант положил подушки на стулья, накинул на спинки пледы и оставил меню.
— Ясик, ты чего там замерла? — оглянулся Дым, откладывая «Никон». — Иди сюда.
Я сглотнула и крохотными шажками двинулась вперёд.
Накинув плед мне на плечи, Дым сел напротив и протянул меню.
— Я буду горячие роллы, пирожные и кофе. А ты выбирай.
Чтобы не смотреть за решётку, за которой стонала пустота, я влажными ладошками схватила папку из бархатного картона и уткнулась в неё. Но тут же поняла, что не смогу проглотить ни кусочка. От страха желудок сжался в комок. Взгляд непонимающе бегал по строчкам.
— Мне то же самое, только без пирожных, и немного. И давай, пожалуйста, пересядем, — взмолилась я.
— В спину дует? — спросил Демьян, и я поддержала эту версию. Мы переложили подушки и пледы за другой столик, я с облегчением выдохнула и смогла чуть-чуть поесть, когда принесли заказ.
— Неудивительно, что ты такая стройняшка, — заметил Дым, наводя на меня объектив. — Клюёшь, как птичка.
Почему-то мне это показалось очень смешным. Может, нервное напряжение выплеснулось таким способом. Я хоть и делала вид, что запросто прогуливаю репетитора, а свидание для меня обычное дело, здорово волновалась. А тут ещё этот балкон на четвёртом этаже…
В ответ на мой смех Дым заулыбался и сделал несколько кадров, после чего подцепил вилкой кусочек шоколадного суфле и всё-таки накормил меня. Пирожные, кстати, оказались очень вкусными.
Потом мы сдвинули стулья и сидели, прижимаясь плечами. Слушали музыку, взяв по одному наушнику. Непривычные для меня электронные ритмы действовали расслабляюще. Мы рассматривали то, что Дым успел наснимать за сегодня: пятачки новорожденных берёзовых листьев, охапки хризантем в цветочном бутике, розовощёкого малыша в ярком комбинезоне, хохочущего посреди лужи. И меня. Я выглядела немного смущённой и по-настоящему счастливой.
— Ну, всё ещё считаешь себя нефотогеничной? — спросил Дым.
Я повернулась к нему, чтобы ответить, и мы соприкоснулись носами. Дым придвинулся ещё ближе и стал меня целовать. Мне показалось, что все посетители кафе в этот миг подскочили к стеклянным дверям и смотрят на нас. Он отодвинулся, удивлённо вскинув бровь:
— Ты чего?
— Мы же не одни, — запинаясь от смущения, выговорила я.
Демьян обвёл балкон удивлённым взглядом.
— Одни.
— Ну… — я оглянулась на двери.