Дым расхохотался:
— Какая ты ещё маленькая, оказывается!
Домой он отвёз меня на такси. Город в свете вечерних огней проплывал за стеклом. По радио звучала незнакомая убаюкивающая мелодия без слов. Горячая ладонь Дыма согревала мои пальцы. Было так хорошо, что хотелось уткнуться ему в плечо, закрыть глаза и ехать вечно.
— Кстати, Виталик предлагает прогуляться вместе. Позовёшь свою подругу? Он на неё запал, а сам пригласить стесняется. Можем в боулинг сыграть…
Глава 3. Свидания
Егор щёлкнул пальцами перед моим носом.
— Эй, ты уснула? Дождь кончился. Погнали.
Он выкатил мотоцикл с раскисшей грунтовки на убитый асфальт, и вскоре мы ехали по знакомым улицам Чернышёвки. Местные дворняги встречали нас беззлобным тявканьем.
До шестого класса я часто проводила здесь каникулы. Потом мама устроилась в филиал крупной австрийской фирмы, и мы смогли отдыхать за границей. А в конце лета я обычно отправлялась в лагерь «Серебряный бор». Там было круто: бассейн, современный ремонт в корпусах, классная аппаратура в танцзале. Вожатые выкладывались на все сто, придумывая для нас бесконечные конкурсы, викторины и всякие развлечения. Так что по деревне я не скучала.
Бабушкин дом из красного кирпича потемнел от дождя. Перед окнами большой куст сирени ронял капли с глянцевых листьев.
У калитки в зелёном штакетнике Егор затормозил.
— Запиши телефон, — сказал он, забирая шлем. — Если опять захочешь покататься, лучше позвони мне, чем ловить машину на трассе. Ну и вообще, можем сгонять на речку или ещё куда-нибудь.
Уверенная, что не позвоню, я всё-таки сохранила номер.
Едва я стукнула калиткой, бабушка выбежала навстречу.
— Ясонька! Ну, слава Богу! — В её командном голосе проскальзывали жалобные нотки. — Ходила встречать на остановку, автобус приехал, а тебя нет. И телефон не доступен. Гроза, ливень! Мама звонила, сказала, ты в каком-то сарае. Ну что за безобразие?!
Ба спустилась с крыльца и крепко обняла меня. От неё уютно пахло выпечкой и сладковатой парфюмерной водой.
— Всё нормально. — Я высвободилась из объятий. Ба была ни в чём не виновата, но я не могла притворяться, что рада приезду. — Долго в пробке простояли.
— Как же ты добралась?
— С местными. Всё, Ба. Пойдём.
— Дай хоть разгляжу тебя. Совсем взрослая стала! Красавица!
Ветер безжалостно потрепал бабушкины любимые пионы, погнул стебли и сбил цветы. Мы шли к крыльцу по нежно-розовым лепесткам, вминая их в старый гравий. Но Ба, занятая хлопотами вокруг меня, даже не охнула о разорённом цветнике.
В доме всё осталось таким же, как запомнилось мне с детства: безукоризненный порядок, цветы на подоконниках, ровный ряды книг в шкафу. Сергей Михайлович, покойный бабушкин муж, строго смотрел с портрета в гостиной: «Почему так долго не навещала бабушку, а?» Мама рассказывала, что её отчим был суровым человеком. Он умер много лет назад, но эта комната с её сдержанной обстановкой словно по-прежнему ждала своего хозяина.
Я поселилась в неотапливаемой пристройке, которую Ба называла летником. Бледно-голубые стены, письменный стол у окна, узкая кровать, комод и над ним — прабабкино зеркало в деревянной раме. Едва уловимо пахло ромашкой и мятой.
— Мама в твоём возрасте любила здесь ночевать, её книжки, тетрадки так в тумбочке и лежат. — Ба обвела взглядом узкую комнатушку. — В комоде нижние ящики пустые, можешь свои вещи туда убрать.
Она думает, я останусь на всё лето. Мрак. Я тупо смотрела в окно, занавешенное тюлевой шторкой.
— Ясонька, да что с тобой?
— Домой хочу, Ба! Мне тут нечего делать! Ты привыкла, у тебя знакомые, грядки, сериалы, а у меня вся жизнь в городе!
Ба вздохнула, погладила по спине и ушла. Наверное, она не хотела моего заточения в деревне, просто не стала спорить с мамой. А может быть, тоже считала, что мне надо держаться подальше от Дыма.
Я смахнула слезинку и вытащила смартфон. Сигнал сети оказался слабым. Набрала Дыму, он не ответил. Злится, что я уехала, вот и не берёт трубку. Можно подумать, у меня был выбор!
Мы с Дымом встречались несколько раз в неделю, гуляли вдвоём или вместе с Даринкой и Виталиком. Иногда заходили в кино или боулинг, пили кофе с пирожными в кафешках, но чаще свидание превращалось в гонку или приключение. То мы мчались снимать какой-то невероятный закат над Волгой, то спешили на выставку современного искусства, то ехали через весь город смотреть крутое граффити, пока его не закрасили.