Мирья умыла лицо холодной водой, чтобы прийти в себя. Она пригладила волосы и вышла к семье.
Дома Марк сразу прошел в свой кабинет и плотно закрыл дверь. В пути домой они вяло ссорились. Мирья вяло возражала Марку, обнимая свое клубничное сокровище. Откровением для нее самой стало то, что ароматная ягода в ящике занимала ее ум гораздо больше, чем стычка за праздничным столом. Она представляла, какое варенье получится на зиму, и как темными вечерами она будет пить с ним чай. Она отчетливо осознала, что сестра ее была права и в этот вечер сказала то, что сама Мирья не могла сказать уже годами. Правда состояла в том, что как писатель Марк провалился и вряд ли уж ждет его оглушительный успех. Да что там, успехом в его случае будет, если он сможет вернуться на работу в свой журнал.
Под мерный звук клавиш из кабинета Мирья мыла клубнику. Она брала ягоды по одной, аккуратно смывала землю, отрывала зеленую корону и складывала плоды на чистое полотенце на столе для просушки. Монотонная работа возвращала Мирью мыслями к уродливой правде - той, о которой умолчала сестра и которой страшилась сама Мирья. Она без выбора стала молчаливой женой своего мужа, позволив его желаниям строить свою жизнь, она стала ему матерью вместо того, чтобы родить своего ребенка: растить двух она бы просто не потянула. Ужаснее всего было то, что с этой ролью она смирилась и не меняла ничего, а просто тянула ношу слишком тяжелую для своих плеч. Брак с Марком стал словно чемодан без ручки: нести тяжело, а бросить жалко. Она винила себя за такие мысли, но они упрямым дятлом стучали у нее в висках. Мирья поняла отчетливо, что нужно решиться на что-то, и этого ей стало страшно.
Утром супруги мельком увиделись в кухне: Марк вышел из кабинета, налил себе в кружку чай и не говоря ни слова, ушел в спальню. Мирья не обратила на него никакого внимания: она уже заварила себе кофе и любовалась ягодами, которые были готовы уже, чтобы прыгнуть в кастрюлю для варенья. Лучшего занятия для воскресенья она и придумать не могла! Женщина заглянула в шкаф и всплеснула руками, сахара осталось совсем на донышке. Не долго думая, она натянула старые тренировочные штаны и отправилась в магазин.
Северное лето продолжало буйствовать. Черемуха отцвела, но то тут, то там выглядывали вездесущие люпины: они перемежали своим цветом зелень травы. Мирья любовалась природой. С прошлой ночи она чувствовала необъяснимую легкость на сердце. Она наконец приняла решение, которое нужно было принять еще много лет назад, но лучше поздно, чем никогда. Конечно, многое она уже не успеет сделать: родить ребенка вряд ли получится, но точно выйдет жить счастливую жизнь. Мирья решила, что через две недели, как начнется отпуск, она объявит Марку о решении развестись и сразу же уедет к родителям на дачу. Оттуда можно будет поставить их квартиру на продажу и подыскать временное жилье для съема. Осталось подождать всего две недели. Срок долгий, но по сравнению с годами, потраченными уже, 14 дней казались мгновением.
В мечтах о новой жизни Мирья купила сахар и вернулась домой. Мысли ее впервые за долгое время были ясными, а будущее наконец проступило отчетливо. С легкой грустью она открывала дверь в квартиру. Если все пойдет по плану, через месяц квартира уже может быть продана. Она решила, что новую снимет в этом же районе, заведет собаку или, может быть, двух, и будет гулять с ними вдоль моря, возвращая себе право жить эту жизнь так, как хочет она. Чувство вины проскальзывало иногда и с тревогой спрашивало, что же будет с Марком. Впервые в жизни Мирья сама себе отвечала, что муж ее взрослый человек и сам волен распоряжаться своей жизнью, как ему будет угодно.
На кухне Мирья пересыпала сахар в банки. Краем глаза она заметила неладное, повернулась лицом к кухонному столу и увидела ужасное. Полотенце, расложенное для просушки, опустело. Лишь красные разводы на ткани напоминали о ягодах, которые так заботливо выложила женщина. Внутри у нее поднялась ярость, какой она раньше и не чувствовала. Мирья влетела в спальню и растолкала спящего мужа.
- Марк, а клубника где? - почти крикнула она.
- Да съел я ее, - протянул он сонно, - ты же ничего другого не оставила на завтрак.
- Я же ягоду для варенья намыла! - воскликнула женщина.
- Пойди и купи тогда еще ягоды, а от меня отвяжись, - муж накрыл голову одеялом и заснул.