Первыми звездные экспедиции достигли звездного скопления Гиад. Были обнаружены десятки терродобных планет. На которые немедленно направились колонисты.
Перенаселенные города Терры стремительно пустели. Начать жизнь в новых мирах, среди нетронутой природы пожелали очень многие.
У Гаммы Гиад была обнаружена терраподобная планета с атмосферой, материками и морями, с пышной зеленью и полным отсутствие фауны. Единственными обитателями оказались крупные бурые слизни, неспешно пожиравшие флору. Каждый взрослый слизень достигал веса не менее двести фунтов.
Стандартный исследовательский корабль приземлился на планете, провел экспресс — анализ и выяснил что слизни — единственные обитатели планеты.
Примерно через пять суток, во время полета на отдаленный остров пропал флайер с двумя исследователями: Евой Ларсен и Иржи Ковачем.
Их искали, но ничего не нашли. Планету назвали в честь погибших исследователей «Ларкочия».
Новая экспедиция, уже для определения перспектив создания колонии прибыла через десять лет.
Исследователи не поверили своим глазам: на планете имелась примитивная цивиллизация, на уровне родоплеменного строя. Тысячи мелких поселений по всей планете. Дружелюбные, симпатичные аборигены. Ни малейшей враждебности. И самое главное: живые и здоровые Ева Ларсен и Иржи Ковач.
Пропавшие исследователи обзавелись десятком здоровеньких ребятишек и пользовались среди аборигенов огромным авторитетом. Они пояснили, что аборигены жили в пещерах и подземных деревнях, потому первая экспедиция их не обнаружила.
Случилась огромная сенсация! Найдены были братья по разуму. Вопреки мнению скептиков планета не была закрыта для посещений и аборигенам позволили лететь на Терру в качестве туристов. На Ларкочии высадились миссионеры всех религий и сект. Дружелюбные туземцы никому не отказывали. Идея религии и бога для них оказалась новинкой. Появилась и земная колония. Ларкочийцы оказались способными учениками. Через десяток лет у них было свое правительство и даже посольство на Терре. Имелся единственный минус: ларкочийцы и люди не могли иметь общего потомства.
Бурная колонизация галактики продолжилась и про братьев по разуму просто позабыли на целый век.
До того момента как Терранская империя не столкнулась с инопланетянами иного склада.
Из глубин галактики стали появляться эскадры кораблей, кторорые терроризировали заселенные терранами миры. Требовали дань, но не материальную. Они желали получать в качестве дани — людей. Обычно детей, не старше пяти лет.
Сопротивление жестоко подавлялось орбитальными бомбардировками. Астероиды запущенные с орбиты страшнее атомной бомбардировки. Не меньше десятка миров подверглись нападениям, прежде чем империум сообразил что с ним воюют неизвестные гуманоиды. Их прозвали «хищниками». Их боевые скафандры напоминали негуманоидных злобных существ из древних фантастических терранских фильмов.
Вот тогда ряд богатых рудами и ресурсами планет, вроде Рамуша превратились в фабрики по производству оружия. Война в Галактике шла почти четыре десятилетия, поглотив ресурсы и жизни в неимоверных количествах.
Тем не менее терране, сплотившиеся не смотря на разные расы и верования под властью императора Максимиллиана смогли разгромить эскадры противника и выйти к его базам.
Опасный и жестокий враг оказался фейком. Обманкой. Не существовало развитой цивилизации звездных хищников! Базы были, а вот цивилизации не было.
Оказалось что терране воевали сами с собой.
За штурвалами звездных рейдеров и в броне «хищников» сидели потомки терран. Обычные люди с тем же самым геномом и набором ДНК.
Корабли же «хищников» оказались произведены на верфях Терры и иных колониальных миров и приобретены через посредников, через множество вполне легальных компаний и фирм, а личный состав рейдерских флотилий пополнялся за счет захваченных в колониях детей. Детям легче сломать психику и внушить любой бред. Кто тот враг, что заставил терран воевать между собой? Империя усилила разведку во всех направления в поисках злобного и коварного врага. Галактика прочесывалась и просматривалась очень тщательно. Разведовательные корабли уходили все дальше.
Семнадцатая глава
А враг оказался очень близко.