— Надо подумать…
— Чего там думать — девка огонь, в самом соку! Не пожалеешь! Или ты женатый?
— Ага! — обрадовался Лаки подсказке.
— Это не беда! У вас у космолетчиков на каждой планете жена есть. Будет и на Саве еще одна! Корабль твой на орбите висит возле станции?
Лаки встрепенулся. Сонливость как рукой сняло.
У северян нет оборудования для слежения за орбитой. Как они заметили крейсер, ведь он на дальней орбите!
— У нас отличные телескопы есть, капитан Льюис. Лучше всяких новомодных фиглей — миглей! Лайнеры к нам не залетают, значит, судя по размерам — крейсер. К нам не нагрянули сразу, челноков много летало. Значит, не имперские власти. Корпорация Дирхафен вернулась по старым следам?
— Корпорация «Рамуш».
— Новенькие? В бумагах деда и отца такой не было.
— Все течет и меняется. Наша корпорация совсем недавно вышла в открытые просторы.
— Перекупили здесь концессию на добычу колтановой руды?
— И ее тоже.
Беседа внезапно превратилась в допрос. Лаки почувствовал совсем не уютно себя.
Но Stepan моментально ощутил настороженность гостя и перешел на нейтральные темы. Секрет борьбы с папоротниками оказался прост. Северяне развели большие стада овец и те подъедали папортниковую поросль, а вещества, содержащиеся в помете животных, почему-тосдерживали рост папортников. Стадо в двести голов очищало за день территорию побольше чем робот — бульдозер.
— Сменяю АКР на сто овец, — тут же предложил Stepan.
Путем простого расчета выяснилась и цена его доченьке.
После бани расслабиться не дали, а повели к столу. Здесь сегодня присутствовали только первые люди колонии. При них Stepan был немногословен и важен. Вручил Лаки проект договора о сотрудничестве на ста листах. Когда только успели столько написать?!
— Для этого нужно время. Все просмотреть и обсудить… — промямлил Лаки. Уж точно он не собирался сейчас подписывать такие пространные бумаги, не посовещавшись с Жаклин и Стефанией.
— Вот и хорошо! Вот и отлично! Бумага должна отлежаться, как говорил наши предки!
В обед северяне не налегали на водку. Так — стопку перед началом, как аперитив.
После обеда Лаки прокатил Stepanа на флайере.
Здоровяк не скрывал восхищения.
— Хороша, птичка! Две сотни овец за нее дам!
— Тысячу! — пошутил Лаки и Stepan тут же согласился.
Пришлось выкручиваться.
В воздухе Stepan стал более откровенным.
— Эти братья — советники мне шагу ступить не дают! Ждут моей смерти как светлого праздника. Прости господи!
Stepan быстро и размашисто перекрестился.
— Поддержи меня, капитан Льюис, а я поддержу тебя! Мужикам настоящим надо держаться вместе! Там у вас бабы всем рулят, я знаю! Ничего хорошего не получиться, когда баба наверху! Одни истерики и сопли!
Лидер северян жестикулировал так, что Лаки опасался за свое здоровье.
Через час в сопровождении бледно — зеленой Лаисы Лаки ходил по залам местного музея. Василиса, дочь Stepanа, была их экскурсоводом.
Под стеклом и в витринах лежали предметы и фото, как в древних Терранские музеях. В одном из них в Милане Лаки побывал, когда вместе с Евой посетил родину человечества.
Василиса тараторила, обстреливая взглядами одного капитана Льюиса. Макияж на ней сегодня вполне умеренный и было ясно что девочка совсем юная.
Тут Лаки узнал много нового, если, конечно, стоило доверять экспонатам и словам.
Колония на северном острове Савы существовала почти сотню стандартолет. Основал ее еще дед Stepanа, по имени Петр. С тех пор численность населения выросла значительно, появились новые поселения.
— Наши предки пришли на Саву, оставив пораженную безверием и извращениями родную землю на Терре! Здесь наш народ обрел мир и покой!
На взгляд Лаки было довольно странно не увидеть в музее никаких следов жизни северян в зимний период. Все таки шесть лет зимы, со снегом, буранами и морозами, должны же оставлять какой-тослед?
Дома северян с узкими окнами и тонкими стенами, вряд ли могли выдержать холод под пятьдесят градусов Цельсия.
— А как же вы переносите зиму? На поверхности же очень холодно.
Василиса запнулась, но быстро нашлась.
— Наш народ любит зиму и не боится морозов!
И девушка тут же торжественно продекламировала стихи: