— Всё нормально, Митюша, — она постаралась улыбнуться, но уголки её губ заметно подрагивали. — Я всё понимаю…
Кристина избегала смотреть мне в глаза. Нервно теребила ткань отцовского пиджака и явно не знала, как закончить начатую фразу. Впрочем, батя пришёл ей на подмогу.
— Давайте сменим тему! — пробасил он, и все согласились.
Правда, новые темы никак не приходили на ум. Никому, кроме меня…
— О погоде мы уже поговорили, дураков и дороги поругали, — начал я издалека.
Отец тут же смерил меня строгим взглядом, Кристина вся съёжилась, и только Варя уже битый час по-прежнему измывалась над оливкой в своей тарелке. В моей же — азу давно закончилось, а потому и поводов молчать не оставалось.
— А давайте поговорим о планах на лето? — задал я новое русло для разговора. Вполне безобидное и нейтральное…
Отец с облегчением выдохнул, Кристина пригубила воды из стакана, Варя же… Варя, казалось, и вовсе была не здесь — все её мысли занимала непокорная оливка.
Я усмехнулся, и пока эти самые планы не посыпались на меня из уст предков, как хлам из мусоровоза, я немного сузил тему для обсуждения.
— Кристина Леонидовна, — не раздумывая долго, я выбрал жертву. — Вы уже назначили день свадьбы?
— День свадьбы? — осмотревшись по сторонам, словно ответ на мой вопрос был выведен мелом на одной из стен, отцовская пассия снова впала в ступор. Правда, на сей раз ненадолго, ибо из забытья вышла Варя.
С грохотом уронив вилку на пол, моя новоявленная сестрёнка что-то невнятно пробормотала и, с мерзким скрипом отодвинув кресло, сию секунду залезла под стол. Чокнутая? — не то слово!
— Ну так как? — пока Варя ползала по полу в поисках вилки, я поочерёдно смотрел то отца, то на Кристину, напоминая о своём вопросе.
— Мы-ы, — протянул батя, почёсывая лоб. – Мы ещё не решили — думаем пока!
Скворцова-старшая покорно кивнула, соглашаясь с Володенькой, а я снова не удержал язык за зубами:
— Кристина Леонидовна, — склонив голову набок, я сочувственно нахмурился. — Позвольте дать вам совет: хватайте быка за рога! А не то батя у меня вон какой нерешительный, вдруг передумает…
Не успел я договорить, как ощутил острую, ни с чем не сравнимую боль, и не где-нибудь, а в районе правой ягодицы. Вскрикнув от неожиданности, я поспешил обнаружить источник дискомфорта и посмотрел под стол.
Я ожидал чего угодно: от простого мышечного спазма до случайно заблудшей в ресторан дворняги, решившей поужинать мной. Но из-под стола на меня смотрела Варя. В правой руке она сжимала орудие преступление — начищенную до блеска вилку. Левую же сложила в кулак, по обыкновению оставив на свободе средний палец.
— Дрянь! — прошептал я одними губами.
— Сволочь! — так же беззвучно ответила мне Скворцова.
Глава 6. Побег
Варя.
Весь вечер я держала себя в руках, выслушивая хамские подколы Добрыни. Я дала матери слово, что буду тихой и вежливой. Жаль, её плешивый Володенька не взял подобного обещания со своего отмороженного сынка. Я до последнего надеялась, что старшему Добрынину хватит мужества заступиться за любимую женщину, но куда там — мужичонка даже не втыкал, насколько обидными были слова его отпрыска. Зато моё терпение рвалось по швам!
Я всё ещё сидела под столом. Благо с моим небольшим ростом это не было проблемой. Ехидно улыбаясь, я продолжала показывать Мите средний палец и довольная собой жалела только об одном, что так и не смогла продырявить зубчиками вилки дурацкие джинсы парня. И кто бы мне раньше сказал, что это так непросто?! В любом случае Добрыне было сейчас, ай, как больно, и это главное!
Дело оставалось за малым — как ни в чём не бывало вернуться за стол. А потому я быстренько вспомнила все уроки по актёрскому мастерству, которые за компанию с Оксанкой посещала на весенних каникулах, и взволнованно прокричала:
— Ой-ой-ой! Я тебя задела, Митюша? Прости, я не нарочно!
Мой голосок был насквозь пропитан глубоким сожалением — не поверить было невозможно! Хорошо, что родители не могли видеть, как ядовито я в этот момент улыбалась пострадавшему!
— Задела? — оскалился Митя, голодным драконом раздувая ноздри. Одной рукой он придерживал белоснежную скатерть, второй — растирал ягодицу в месте моей маленькой мести. — Ты мне ногу продырявила, Скворцова! Совсем крыша поехала?
— Я такая неуклюжая! — пропищала виновато и, наивно хлопая глазками, показала Добрыне язык. — Прости, просто вилка из рук выскользнула!
— Что случилось, сын?
— Митюша, в чём дело?
— А Варя где?
— Что вообще происходит, Варвара?