В отличие от меня, Добрынин подготовился к побегу! На обочине возле крыльца его ждала тачка, наверно, такси… Меня же встретил моросящий дождь и сгущающиеся над головой сумерки. «Фаджоли», как назло, находился у чёрта на куличках, а я даже не задумалась, как попаду домой! Отсюда до ближайшей остановки было квартала два, не меньше… А я уже дрожала от холода, да и к пятнам от сока со скоростью света прибавлялись разводы от дождевой воды.
— Погоди, Добрынин! — крикнула я в спину однокласснику. — Подбросишь меня до остановки?
— Без проблем, — хищно ухмыльнулся Митя.
Смахнув с волос капли дождя, он открыл для меня заднюю дверцу авто. Странного. Совершенно непохожего на такси. Вот только шум ветра и бесконечная морось, бьющая по щекам, напрочь заглушили тихий голос моей интуиции. С благодарностью кивнув Добрыне, я заняла место в салоне чужого авто.
Глава 7. Мышеловка
Митя.
Дьявольская ухмылка коснулась моих губ. Захлопнув дверцу ржавой колымаги, я откинулся на спинку сидения и, пристегнув ремень безопасности, подал условный знак водителю: можно в путь!
Ромыч, он же Шмель для своих и по совместительству старший брат Илюхи, одобрительно кивнул и тут же повернул ключ в замке зажигания. Проеденная молью кепка с чердака, весь в затяжках тошнотного цвета свитер и, главное, папироска в зубах — для большей убедительности не хватало фингала под глазом, но даже так Ромыч отрабатывал свои три косаря на полную. Я же едва не покатился со смеху: видеть лучшего студента юрфака в таком прикиде было для меня в диковинку!
Движок серебристой «девятки» для приличия поворчал, но Шмель знал как его уговорить. Уже в следующее мгновение мы тронулись с места.
В лобовое отчаянно колотил дождь — дворники едва справлялись. Радиоприёмник то и дело сбивался с нужной частоты, неприятно царапая слух. Да и вообще атмосфера раздолбанной тачки времён царя Гороха была весьма удручающей.
Ясен пень, машину, как и водителя, мы с пацанами позаимствовали всего на пару часов.
Илюха выпросил развалюху у деда — та всё равно простаивала в гараже без надобности. Старик обычно возил в ней Гая в ветеринарку или на дачу, впрочем, не брезговал и рыбалкой. Оттого и воняло здесь, не приведи, Господь, как, да и слой пыли на приборной можно было смело измерять линейкой. Короче, полный зашквар, но Варька, как и планировалась, устоять не смогла. Что ж, сама напросилась!
— Ты бы пристегнулась, Скворцова! — не жалея сил, я пихнул выскочку локтем. Девчонка ойкнула и принялась ворчать.
Я не слушал: задача отвлечь матрёшку от созерцания пустых улиц была выполнена, и я позволил себе расслабиться.
— Чего не трактор вызвал? — съязвила Варя спустя минуту, так и не отыскав чёртов ремень.
Ещё бы! Там, где сейчас сидела Скворцова, обычно тусил Гай, а этого попробуй пристегни!
— Знал бы, что ты со мной решишь прокатиться, фуру подогнал, — я ехидно усмехнулся, и тут же обратился к Ромке:
— Э, мужик, ничё, что я с перегрузом?
— Ну как бэ, — протянул хрипловато вжившийся в свою роль Шмель и со скрипом переключил передачу. — Вообще, пацан, предупреждать надо, когда машинку вызываешь. Вон, как медленно ползём, а горючего сколько вхолостую…
— Эх, Варя-Варя, — покачав головой, я вальяжно закинул руку на плечо однокласснице, в очередной раз перетягивая её внимание от окна на себя . — Сколько я тебе говорил: не жри!
— Придумай уже что-нибудь новенькое, Митюша! — прорычала Скворцова и поспешила скинуть с себя мою руку.
Я, разумеется, не возражал: касаться девчонки мне было неприятно, да и вообще, рядом с ней внутри меня мгновенно просыпался неуравновешенный псих, а это уже было чревато последствиями. Вон, одно из них всё никак не могло просохнуть на моих джинсах…
Но стоило мне отпустить Скворцову, как она по новой принялась разглядывать окрестности за окном, и облупившаяся дедовская тонировка на стёклах её нисколько не останавливала.
Деланно закашлялся, призывая Шмеля на подмогу, — ещё пара минут и Варя бы сообразила, что едем мы немного не в том направлении, куда ей было нужно.
Мы проехали ещё метров сто — сто пятьдесят, когда Ромыч, смачно выругавшись, сбавил скорость и принялся колдовать над автомобильной печкой. Привыкший к отцовской тачке с нормальным кондёром, пацан явно крутил сейчас что-то не то и не в ту сторону: воздух из дефлекторов то обжигал своим горячим дыханием, то смолкал до нуля и это, не считая мерзопакостных звуков. Впрочем, вмиг запотевшие стёкла были мне только на руку, да и Скворцовой прибавляли мурашек. Она ощутимо заёрзала на месте. Сама того не замечая, придвинулась чуть ближе ко мне. А свои потные ладошки зажала между острыми коленками. Что ж, Ромкина находчивость вкупе с хреновой работой обогревателя сделали своё подлое дело – Варя, наконец, отвлеклась от дороги. Но расслабляться было ещё рано!